Жена Палача

– Я молчала, потому что боялась разрушить нашу семью, – хватаю его за рукав.

– Я молчал поэтому же, – повышает голос он. – Поэтому не надо мне говорить про то, как мне стоило бы лучше поступить.

Сверкает глазами даже в темноте. Палач. Мой муж.

– Я надеялась, что у меня получится убедить себя в том, что Артём и есть наш сын, – мой голос все более глухой на каждом слове. – Не вышло. Но я люблю его.

– Не вышло, и не вышло, – отмахивается он. – Лишние разговоры. Ничего не решают, ни к чему не ведут. Тема закрыта.

– Закрыта, – отзываюсь я, не желая еще больше его злить. – Я не знаю, кто мог его забрать.

Ваня, кажется, меня уже не слышит. Погрузился в какой-то свой собственный транс.

– Я часто бываю здесь. Он здесь. Я чувствую, – непонятно говорит он, садится прямо на землю.

– Он здесь, – проговариваю едва слышно.

А что если и Глеб здесь? Тоже личный мотив. И женщина. Одержимая им так же, как и я сейчас своим мужем.

– А мою мать ты проверил? – выдыхаю вопрос.

– А ты не знаешь? – вскидывает голову.

– Чего я не знаю? – сажусь рядом с ним. – Не понимаю…

– Она в дурке уже полтора года, – прямо и спокойно говорит Ваня. – Не выходила оттуда. Возможности нет.

– Возможно, меня ждет такая же судьба, – усмехаюсь горько.

– Если сойдешь с ума, я высажу тебе мозги, – серьезно говорит он. – Даже смерть лучше сумасшествия.

– Ты не заметил? – смотрю на него внимательно.

– Того, что ты уже? – усмехается. – Это еще не оно, девочка моя.

– А мне кажется оно. Я такая же, как моя мамаша, а так не хотела быть на нее похожей.

– Не, не оно, – качает головой. – Ты не куришь.

– Я не плачу, – хмыкаю я. – Не могу больше терпеть этот напряг. Может, хоть это поможет. Да и грудью я уже не кормлю.

– Ты не куришь, Ника, – как ребенку объясняет он. – Хотела меня настоящего? Получите, распишитесь, – достает сигареты и закуривает.

– Ну я хотя бы трахаюсь, – усмехаюсь, вдыхаю его дым. – Что я должна сделать за пару затяжек из твоих рук?

– С шантажистами переговоры не ведутся, – хмыкает он.

– Это соглашение, – пожимаю плечами. – Обмен, как у индейцев: я тебе бусы, ты мне сигарету.

– Все твои бусы давно мои, – демонстративно придвигается ко мне, делает тягу, выпускает дым мимо меня.

– Мольбы тоже не сработают? – спрашиваю, просто потому что мне нравится с ним играть. – Или… не знаю… минет?

– Не-а, – тянет он. – Я это получу и просто так.