Жена Палача

Я отдаю ему ствол, жалея, что за эти годы не научилась стрелять, выгребаю из бардачка пахнущие чем-то тяжелым, пороховым магазины.

– Что еще сделать? – спрашиваю, закипая от своей беспомощности.

– Ничего, малыш, – выдыхает Ваня. – Не путайся под ногами только. Пристрелить могу ненароком. Да и мало ли что там.

Мы тормозим возле двухэтажного старого дома. Внутри темно, а снаружи убого.

– Ты запомнила? – смотрит на меня серьезно. – Главное, не делай так, чтобы я о тебе переживал. Договорились? Будь сзади.

– Да, – киваю я.

Я вся внутренне замираю – сейчас я увижу своего малыша, обниму его.

Ваня выбивает хлипкую дверь одним ударом ноги, вламывается внутрь. Это точно заброшка – полы скрипят, кое-где проломлены, на стенах штукатурка осыпалась до дранки. Палач идет быстро, исследуя комнату за комнатой, и с каждой пустой комнатой мне становится все больнее. Его здесь нет.

Мы поднимаемся на второй этаж и следуем тем же маршрутом. В последней комнате Ваня опускает ствол, хватается за голову.

– Блядь! Блядь! Блядь!

– Зачем они привели нас сюда, если его тут нет? – спрашиваю и зажимаю себе рот руками, чтобы не завопить от отчаяния.

– Чтобы показать мне, что я ничего не могу сделать, – хрипло говорит мой муж.

Глава 9. Ваня

Крик, которого не было уже очень давно, раздается за переносицей. Как раньше. Как в старые добрые времена. Усмехаюсь, сначала тихо, потом начинаю хохотать так, что мой жутковатый смех разносится по всему дому.

– Ты чего? – спрашивает и отшатывается от меня.

– Умный, – улыбаюсь я, шарю глазами по стенам. – Умный. Следит-следит.

Расслабляюсь и отдаюсь тому, чего ей не показываю, чего стараюсь избежать в работе уже давно. Расслабляюсь и пускаю за штурвал другого меня.

– Кто следит? – хватает меня за рукав. – Кто его забрал?

– Мститель забрал, Ник, – обхватываю ее лицо руками. – И следит, как я мечусь в закрытой банке. Бах, и стекло, бах, и стекло, кажется, что вылетишь, а там опять стекло, – хохочу я и почти отталкиваю ее.

Смотрю на углы – ничего. Перехожу в другую комнату – тоже ничего. Где-то есть. Точно есть.

– Тогда найди его и грохни, и верни нашего мальчика домой, – ее голос за спиной. Требует. – У тебя свое личное кладбище. В чем проблема?

– Хочешь туда? – бросаю через плечо. Она даже не злит меня. Просто хочется ей сделать больно так же, как и она мне. – На кладбище-то? Где-то есть. Где-то есть…

Комната, на которую выходит лестница, меня останавливает.