Война и сердце

Дистанция минимальна, из магического омута являю меч, вспоминая базовые приемы, коим обучил меня Оскар и другие.

Воины поднимаются с земли, пытаются отбиваться. Валят руками с седел орков обнаглевших. Рвусь в толпу с вытянутым мечом. Пронзаю орка в спину, нарастив мышцы руки. Вынимаю клинок, рублю наотмашь! Меч высекает искры о броню. Вражеский конь ударяется в рыцаря, что стоял впереди. Едва ухожу от столкновения. Орк летит на меня с мечом, похожим на тесак! Подставляю свой, изображая блок, и срубаю его клинок к такой – то матери! Звон у самого уха! Рыцарь отбивает подлый удар орка, что намечался мне! Пронзаю его, пока они меряются силой с мечами крест – на – крест.

Звон стали, лязг, ржание, все сливается в мерзопакостную кровавую музыку. И, черт возьми, куда – то делась храбрость, мне просто хочется выжить!!

Рывок! Меня отбрасывает назад! Ударяюсь спиной, импульс по хребту проходит хороший через доспех. На шее петля! Потащили по земле, утягивая из мясорубки! Хрен бы с ним, стоит только когти выпустить, но рассвет вот – вот накроет и оставит без защиты! Шлем втягиваю, разрезая путы.

Выскакиваю из веревки, качусь по инерции дальше, напарываясь на кочки.

Движение остановлено. Лежу на спине распластанная и оглушенная. Голова кругом, картинка скачет, ориентация в пространстве нарушена. Крики, визг, лошадиное ржание, все это будто за кадром. Сердце бьет в барабанные перепонки. Пытаюсь встать… тяжело. Рассвет накрывает меня, и таит моя черная броня, как лед на раскаленной сковородке, а с ней и вся оставшаяся уверенность!

Кое – как поднялась, озираясь и понимая, что картинка в движении смазывается.

Голова звенит, и затылок отдает острой болью. Руки ватные, кисть правую вообще едва чувствую. Меч потерян… Черт с ним. Тяжеловооруженное подкрепление подоспело к оркам и теперь добивает раненных людей.

А у меня улетучился страх. Только злоба. Как же я вас тварей ненавижу!! Снова являю лук, обычная женщина в образе леди на прогулке с оружием в руках в чистом поле против трех сотен орков.

Тьфу.

Натягиваю тетиву с этой дистанции, с уверенностью, что успею поразить десяток, а то и больше прежде, чем поймут направление угрозы. Позади падение и отчаянный человеческий рев, конь без всадника проносится, едва не задев меня. Оборачиваюсь с холодеющей грудью. Рыцарь на коне вынимает копье из упавшего орка, что живой и еще бьется в агонии. Этот меня и заарканил, тварь! И шел со спины добить.