Девочка Палача

 – Аделина!!!

Я проношусь смерчем по темному дому (почему она не включила свет?), везде клацаю выключателями, ищу ее.

…Вода в ванной на втором этаже вытекла на середину ее спальни.

– Нет, – я смотрю на алые разводы в ней, трясу головой. – Нет, Деля. Нет.

Я влетаю в ванную комнату, бросаюсь к ней. Совсем холодные, перепиленные вдоль руки висят тонкими плеточками.

– Не смей, слышишь меня? – я пытаюсь нащупать пульс на ее шее. – Зачем, Бриллиант?

Совсем робкий «тук» слышится едва под указательным пальцем.

– Скорую!!! – тут же ору, зная, что где-то внизу менты. – Скорую!!!

Я погружаю руки в остывшую воду, вытаскиваю ее из красной лужи. Вода льется с нее, мочит мою одежду, окрашивает ее кровью в тон всему здесь. Спускаю ее вниз, стараясь не поскользнуться.

– Ух ёб твою… – выдает мент.

– Скорую, – прошу я, почему-то зацепившись взглядом за порозовевшую от крови вышивку на платье, в которое одета Деля.

На том самом свадебном платье.

Глава 7. Ника

– Как ты могла? – вопит она, чуть ли не кидаясь на меня разъяренной гусыней. – Как ты могла так поступить со мной? Опять!

– Что за бред ты несешь? – выдаю подрагивающим голосом, отступая вглубь коридора. – Я ничего не понимаю.

Ее визит похож на кошмарный сон. Но я точно знаю, что не сплю. Мы не виделись сколько? Три года? Не помню. Я давно свыклась с ролью сироты: денег не клянчила и встреч не искала.

И вот она вдруг на моем пороге.

– Не понимаешь?! Не понимаешь, говоришь? – запускает пальцы себе в волосы, и мне кажется, что сейчас она просто начнет рвать их на себе. – Свинью я воспитала! Неблагодарную свинью!!!

– Я не позволю больше обливать себя этой грязью, – вырывается из моей будто стянутой тугими ремнями груди. – Я ничего тебе не сделала! Убирайся из моего дома!

– Ах ты не позволишь… – змеей шипит она и снова начинает наступать, осматривается, словно в поисках чего-то потяжелее, чем можно меня огреть.

 – Из дома твоего убраться?.. Ты в моем доме спала с моим мужем, тварь! И я буду здесь делать, что я хочу, и когда хочу! Поняла меня?!

Она хватает вазу с комода и швыряет ее прямо в меня. Я едва успеваю увернуться. Осколки прыскают на пол, что-то задевает мою голую ногу.

– Опять, стерва, его захотела? – в ее глазах столько ненависти, что я пугаюсь.