Литературный оверлок. Выпуск № 3 / 2018

Ведь как и я, так и ты не в форменной одежде.

– Одежда-то одеждой, – усмехнулся Захар Петрович, – А борода выдаст.

Так оно и оказалось. До ушей Захара Петровича и Владимира Сергеевича донёсся восторженный голосок проницательной долговязой девицы в ярком платье, декольтированном сзади до пояса.

– Смотрите, девочки, да ведь это святой отец!

– Точно! – продолжил басом её сосед.

Его могучие плечи туго обливала кожаная куртка.

– А с ним и дьякон. Или как их там называют? Миш, ты в курсе?

Миша, в клетчатой тёплой ковбойке, хлопнув товарища по плечу, ответил:

– А вот мы и выясним.

Пошли, мужики.

И они вчетвером, покачиваясь то ли от выпитого, то ли от чистоты деревенского воздуха, которого не нюхали неизвестно сколько, неторопливо двинулись через дорогу, неглубокий кювет и яркую зелень муравы к отцу Александру и Захару Петровичу. Ни высокая спортивная фигура Беркутова, ни могучий торс отца Александра их ничуть не обеспокоили. Видимо, вооружились когда-то в дозапойный период навыками спортивного единоборства.

За дорогой, на траве их догнал водитель, успев выгрузить в машину приобретенные бутылки и банки.

Возбуждённые предвкушением приключения, все пятеро посмеивались и обменивались односложными междометиями.

Отец Александр молча и спокойно рассматривал их лица, каждое поочередно и все вместе. Народ не нищий. И привыкший к ответной робости и нерешительности, к духовной и физической слабости, охватившей людей в отравленных городах.

Сами же по причине молодости не ощущают собственной зашлакованности и болезненности. Но расплата не заставит ждать.

Жаль их. Слово для них перестало быть аргументом, они слушают только себя или тех, кого считают равными себе. Безнаказанная наглость порождает глупость. Они даже не могут правильно оценить соотношение сил.

Он внимательно посмотрел в глаза Миши, пытаясь отыскать искорку человеческого интеллекта, отсвет пламени души, но не находил. Оловянный взгляд, готовность сказать и сделать первое, что придет на ум, – вот и всё! В городской сутолоке они будут выглядеть обычно, мало чем выделяясь на общем фоне.

И чувствовать себя соответственно.

Приблизившаяся компания остановила размышления. Они встали вплотную: девицы и между ними широкоплечий в кожаной куртке нацелились на него, двое других выбрали Захара Петровича. Донесся густой запах перегара, свежего вина и приторных духов. Пахло нездоровым, испорченным, отравленным.