Клесана

Они вполне живые, они тут и самые главные властители, от которых зависит многое, если не все!

– И вина принеси, рабыня, – добавляет второй. Оба слишком красивы, чтобы вот так просто можно было пялиться и при этом сохранять закрытым рот.

– Не смотри в глаза, – шипит женщина у уха, сгорбившись. – Не смотри, рабыня. В яму пойдешь, убью мучительной смертью. На куски порублю, за ноги подвешу. Ну не смотри, молю…

Не смотрю. Хватаю из рук другой рабыни большущий кувшин с вином. Руки дрожат. Все ярче и чувствительнее в мою голову влетает мысль, что я заинтересовала их! И это не к добру! Сжалась… Все рабыни вокруг почему – то сочувствуют и боятся.

Даже каратели, что оказались тут как тут. Наверное, на всякий случай их принесло.

– Говори, если спросят, сама не спрашивай, будь покорной. Судьба желтого крыла сейчас в твоих руках… – слышу я шепот рабыни за спиной.

Ну понятно, натворю бед я, накажут всех с крыла. Или убьют…

Поднимаюсь по ступенькам опасливо, ощущая на спине взгляды людей, а на лбу владык.

Приставным шагами, высоко задирая ногу, поднимаюсь на массивную ступеньку. Бедра оголяются, вылезая из разрезов платья. И от этого становится страшно. Нельзя провоцировать их! Мужчины ж. Неизвестно, что на уме у этих уродов!!

И вот я на постаменте, устланном шкурами мягкими. Босые ноги чувствуют, насколько нежен этот покров. Цветочные ароматы ударяют в нос и щекочут пазухи. Едва сдерживаюсь, чтобы не чихнуть. Сквозь вуаль с золотым отблеском вижу рельефные торсы и необычайно притягательные кубики пресса.

Невольный восторг от такой фигуры заставляет вновь поднять глаза на шикарное лицо ближайшего, который восседает полулежа, и его голова сейчас почти на одном уровне с моей. Массивный бокал из золота, усыпанный камнями на вытянутой руке, заслоняет его лицо. Размером он с половину кувшина. М – да… В общем, набегаюсь я за вином для этих слонов.

Владыка с белыми волосами до плеч смотрит, как старательно наливаю вино, при этом посмеивается, над моими дрожащими лапками. Второй его товарищ тоже смотрит на меня, и он серьезен.

А я – сама застенчивость. Жарко…

– Рабыня, у тебя есть имя? – Произносит второй с золотыми кудряшками и яркими зелеными глазами.

– Валерия… – начала было тоненько, но исправилась быстро, ибо почувствовала недовольство. – Валерия, хозяин. Можете звать, как пожелаете, если не понравилось это имя.

Стандартное представление, которое успела мне вдолбить Рика. Ой, как пригодилось! Вернусь живой, расцелую тетечку.