Колдун поневоле. Первые шаги

Разозлился на то, что ничего не понимаю; на то, что по городу средь бела дня, спокойно разгуливает человек, который ночью превращается ни пойми во что; за то, что девушка, прячущаяся за моей спиной, после сегодняшней ночи никогда не станет прежней; на то, что вся эта херня свалилась на мою многострадальную голову.

Понятно, что виноват сам, но сейчас, легче было переложить вину на кого-то другого, например, того, кто стоял напротив и скалил зубы в нашу сторону.

Отцепив от себя девчонку, сделал пару шагов в его направлении.

– Не подходи близко, – бросил Алене, сквозь стиснутые зубы.

Сжал кулаки, вставая в стойку.

Что скажешь на это, урод?

В глазах монстра светился разум, он явно не рассчитывал на подобную встречу и сейчас не знал, что предпринять: либо попытаться загрызть помешавших ему людей, либо бежать прочь.

Рыкнув от досады, отступил, выбрав последний вариант, напоследок обдав меня многообещающим взглядом, давая понять, что записал в кровные враги.

Теперь он не оставит в покое, пока не расквитается за сегодняшнюю ночь. Будет преследовать, гнать как дичь, пока не достигнет своей цели.

Только вот и я не лыком шит, без боя не сдамся.

Усмехнулся, глядя в синюшную морду.

– Пошел прочь, падальщик.

При последнем слове парень дернулся как от удара, а в его взгляде промелькнула настороженность. Сделав несколько шагов назад, он резко развернулся и бросился бежать, петляя между могильными плитами.

Само собой, преследовать я его не собирался. Достаточно на сегодня приключений.

Сзади всхлипнула Алена, и я, подойдя к девушке, прижал ее к себе. Натерпелась бедняга.

– Ну все-все, не плачь, – успокаивающе погладил по шелковистым волосам, сам начиная чувствовать, как адреналин отпускает организм, а на его место приходит осознание происходящего и запоздалое чувство страха.

– Домой хочу, – прошептала Алена, вцепившись в мою куртку мертвой хваткой.

– Сейчас поедем, точнее – пойдем.

Нам бы еще выбраться отсюда. Убей – не помню, в какой стороне выход.

В итоге, пришлось изрядно побродить между могил, пока не приметил темнеющие в лунном свете ворота.

Девушка перестала плакать и молча шла рядом, обняв себя за плечи. Лишь изредка замечал, как по худенькому телу пробегает дрожь. Нет, не от холода, от пережитого ужаса.

– Стас, кто это был? – стуча зубами, все же спросила Алена.

– Без понятия.