Сам себе властелин. Книга 5. Очень светлые неприятности

А я, наоборот, могучий и великий, прямо «Конан-варвар», попирающий весь мир. У меня в руке был нарисован здоровенный меч, которым я угрожал кому-то в небе. А Клэр на картине почти не было видно – она пряталась за моей спиной и робко оттуда выглядывала.

– Ммм…

– Ты обещал никого не казнить.

– Я помню. Давайте третью.

– Может, не стоит, – подал голос Фуфендуйский, – спрячем подальше и скажем, что ничего не было.

– Открывай, мне уже интересно, что там.

Любите ли вы Сальвадора Дали? Все эти стекающие часы, странные фигуры и прочий сюрреализм? Если да, то картина вам бы точно понравилась.

На первом плане стоял карлик и на огромной, раза в три больше его самого ладони, держал пару. Я и Клэр получились с фотографической точностью, только у меня на голове была костяная корона, а у Клэр за спиной чёрные крылья. На втором плане с башни замка стекали щупальца монстра, из каждого окна виднелись руки в бинтах, а из стены торчала трёхзубая вилка. На заднем плане, вдалеке, шагал караван соронов, на тонких, очень длинных, многосуставчатых ногах. Стиль Дали, однозначно.

– Честное слово, – попытался оправдываться Фуфендуйский, – мне рекомендовали этих художников как профессионалов своего дела. Я совершенно не ожидал, что они так подведут. Обещаю, что верну аванс, который они получили.

Жестом я остановил эльфа и прошёлся вдоль полотен, разглядывая их ещё раз. Ну да, получилось не то, что ожидалось почтеннейшей публикой в моём лице. Но ведь они честно старались. Кто виноват, что художники так видят? С другой стороны, Владыка должен направлять таланты в нужное русло.

– Заплатить всем как полагается. Первый портрет повесить на первом этаже. Второй… Отправить оркам в пустоши. Они оценят такую брутальность и мощь.

– А третий?

– Я заберу себе.

Эльф посмотрел на меня, как на сумасшедшего. Чтобы не уронить имидж, я добавил:

– Буду пытать ей светлых.

– О-о-о! – Фуфендуйский уважительно кивнул.

– А художнику заплатите вдвойне и попросите его нарисовать ещё несколько полотен для меня.

На его вкус.

– Тоже для пыток, – понимающе хмыкнул эльф.

Я не стал ему говорить, что художник просто опередил своё время. Не скажу, что я особый любитель сюрреализма, но что-то в этом есть. Повешу на стенку его картины и буду разглядывать в минуты меланхолии. Ну или правда, для пыток использую. Хорошую живопись много для чего можно применить.

– Владыка, – Фуфендуйский прокашлялся, – простите, что я с таким деликатным вопросом.