Остатки страха

Вместе вы сможете побывать и в засекреченных подземельях, и в долине реки, а после займетесь сексом под акацией и, может быть, даже заведете детей. Большие книги, как преданные девушки, пытаются удержать тебя до последнего, потому расставаться с ними куда грустнее, чем с рассказами.

Зазвонил телефон. Мама подошла к нему. В тот момент я лежал на кровати и, положив на живот журнал, смотрел на пасмурное небо за окном. Клонило в сон.

– Дорогой, это Беатрис! – крикнула снизу мама.

Я, вмиг выбравшись из объятий полусна, спустился вниз по лестнице и с осторожностью взял из рук мамы трубку.

Подождал, пока она выйдет в кухню.

– Алло, – произнес я в трубку.

– Привет, – донеслось из нее. – Замечательная погода, не правда ли?

Мы с Беатрис во многом были похожи. Она любила лес, и я любил лес. Она любила кошек больше, чем собак, и я любил кошек больше, чем собак. Она любила гулять за пределами города, подальше от суеты и шума, и я любил гулять за пределами города, подальше от суеты и шума.

Она любила произведения Роберта Блоха и Говарда Филлипса Лавкрафта[4 - Лавкрафт, Говард Филлипс (1890–1937) – американский писатель и журналист, работавший в жанрах ужасов, мистики, фэнтези и научной фантастики, совмещая их в оригинальном стиле.], и я любил работы этих замечательных авторов. Она любила дождь, и я любил дождь. В общем, список длинный.

Наверное, именно потому мы и не расставались, хотя очень часто ссорились.

– Да, замечательная, – ответил я и протер глаза.

 – Хочешь погулять?

Можно было и не задавать этот вопрос. Мы поняли друг друга еще тогда, когда я спускался по лестнице. Мы рассмеялись в телефонные трубки и, бросив их на тумбочки, с криками: «Мам, пап, буду через час. Или чуть больше», – выбежали из домов.

Мы жили на соседних улицах. Наши родители, еще когда каждому из нас было по десять лет, пытались нас свести. Не знаю, что руководило ими, но у них это получилось. На тот момент, летом 1977, мы с Беатрис встречались уже более года.

Однажды наши гормоны настолько бешено реагировали на любое проявление кокетства, что мы даже чуть было не трахнулись на постели ее родителей. Однако этого не произошло, и мы все еще пребывали в девственниках.

Не хочу показаться борцом за мораль и консерватором в любовных делах, но такое меня вполне устраивало. Несмотря на то что я поцеловал ее в губы еще после первой прогулки, торопиться с лишением девственности я не собирался. Думаю, как и она.