Дом без воспоминаний

Он пропал летом, но на нем сейчас зимняя одежда. И место, где его нашла пожилая собачница, недалеко от того, где их с матерью следы потерялись.

Джербер по-прежнему не понимал.

– Судья, что именно вы хотите мне сказать?

– В этой истории полно белых пятен, Пьетро. В конечном счете истина может оказаться более простой и одновременно ужасающей, чем мы пытаемся себе вообразить. Знает ее только мальчик. – Бальди не могла подобрать слов, чтобы выразить угнетавшую ее мысль. – Итак, что ты предлагаешь?

Гипнотизер вытащил из кармана плаща черный блокнот, страницы которого пока еще были девственно чисты.

– Открыть игровую комнату.

7

«Игровая комната» и впрямь была комнатой, полной игр. Только все они служили другой цели.

Исследовать сознание детей.

Она во всем походила на детскую, разве что кроватки там не было. На полу – палас всех цветов радуги. Стены соломенно-желтые, увешанные постерами, которые менялись в зависимости от возраста и пола ребенка, туда попадавшего на время.

Для самых маленьких – мультяшные персонажи. Или кумиры подростков: певцы, рок-группы, спортсмены. Игрушки тоже менялись, от поездов и кукол до головоломок и видеоигр.

Главное – помочь несовершеннолетнему отвлечься от травмы, которую он получил, что-то увидев или испытав, и выслушать его рассказ. Благодаря играм дети обычно вели рассказ без напряжения, не то что в кабинете следователя или в зале суда.

Комнату готовили детские психологи, все было продумано, каждый предмет играл свою особую роль.

Если мальчик или девочка с ожесточением набрасывались на пупса или куклу, можно было предположить, что дети подвергались насилию. Сеансы всегда проводились профессионалами, а микрокамеры, скрытые в стенах, записывали все, что происходило, для последующего занесения в протокол. Еще была стена с фальшивым зеркалом, за которой стояли судья, секретарь, иногда и присяжные; силы правопорядка, обвиняемые и их защитники.

В игровой комнате необязательно прибегали к гипнозу. Это рискованно: умелый адвокат всегда мог обжаловать свидетельство против своего клиента как полученное методом внушения, а потому не вполне соответствующее действительности.

Судья Бальди тем не менее в наиболее сложных случаях прибегала к сотрудничеству с синьором Б., а когда тот умер – с его сыном Пьетро.

Зачастую только так можно было восстановить непростую истину.

Отдав карабинерам распоряжение подготовить все к сеансу, Бальди повела Джербера в игровую комнату.