Мир пяти Стихий. Книга 3

– Мне Петрич рассказывал, что потом ему Дуболом во сне долго являлся и отрубленную голову в руках держал, просил похоронить.

– Фу-ты. Ужас какой, – Никита Нищук еще раз затянулся и передал трубку Филипу, а тот вручил ему вожжи. Ехали не спеша, держа равномерное расстояние между телегами.

– И что? Похоронил?

– Да, вроде похоронил. Он об этом особо не болтает.

– А ты его давно видел.

– Кого?

– Ну, Усатого Петрича.

Филип задумался.

– Так он уже месяц как в бегах. Вот, считай, месяц и не видел.

– Как в бегах? Он же, вроде, на мосту старшиной крайнего бекета служит. Мы когда с моста съехали, я все его высматривал, думал, может, увидимся.

– Удрал он вместе с Васькой Писарем, тем, что денщиком был и первым про ордынский ярлык прознал.

– Так ведь Ваську повесили за то, что он офицерскую печать стащил и фальшивые проходные грамоты делал.

– Ха. Ну, Нищук, да ты вообще не в курсе, – Хмурый улыбнулся первый раз за всю дорогу. – Слухай, сейчас расскажу, как дело было.

Филип сделал паузу, нагнетая любопытство у напарника, и долго курил, пуская густой пахучий дым.

– Ну давай, не томи, – не выдержал бородатый.

– Так вот, Ваську Писаря на эту авантюру подбил Усатый Петрич, когда стал старшиной на бекете у лагеря беженцев. Васька ему эти грамоты рисовал, а он их втихаря запоздалым купцам за большие деньги продавал, – Хмурый многозначительно посмотрел на своего земляка. – Так вот, когда пропажа печати раскрылась, Ваську схватили и решили за это дело повесить.

Однако Усатый подсуетился, и пока подельник его не сдал, подкупил стражу. Благо денег они собрать успели прилично. Подсунули они в камеру вместо Васьки какого-то полоумного бедолагу из беженцев. У Писаря рожа так была разбита, что его и родная мать бы не узнала. Так что подмену и не заметили. А подставному последние мозги, похоже, отбили, когда лицо до Васькиного состояния доводили. Так тот и не понял, что его вешают, только мычал что-то невнятно. Ну и после этого они вместе в бега пустились.

– Во дела, – покачал головой Нищук. – И чего людям спокойно не жилось?

– Да тебе, Никита, не понять, ты больших денег никогда не видел. А у нас любой жулик с деньгами значит больше, чем честный, но бедный человек. Так что ты за них не переживай, им все лучше, чем нам с тобой.

«Пьяная гарпия»

Городок Тынбор образовался вокруг древнего Подгорского замка и растянулся по берегу реки Вола до самого устья.