Мир пяти Стихий. Книга 3

– Фибо, с такими запасами ты бы мог варить зелья и готовить эликсиры, – заметил Герольд.

– Не, алхимия – не мое призвание.

– Но зачем тебе столько всего?

– Иногда очень трудно достать нужный ингредиент, которого может быть полно в другом месте. Поэтому, путешествуя, я пополняю свои запасы тем, чего много в данной местности, а стало быть, оно дешево. А потом продаю излишки алхимикам и травникам в тех краях, где они являются редкостью.

– А, тогда понятно. Может, тебе стоит бросить свое ремесло? И заняться торговлей специями.

Я слышал, это очень выгодное дело.

– И пасть жертвой каких-нибудь разбойников? Жизнь купца полна опасностей. Их так и пытаются ограбить бандиты или обобрать власти. А странствующий начертатель мало у кого вызывает интерес, главное – не покупать дорогих лошадей.

– Все хотел спросить: где ты обучался своему ремеслу?

– О-о. Это было в годы моей юности в прекрасном, я бы даже сказал, сказочном городе Асарии, который называется Калар-Тин. Он расположен на берегу морского залива Эль-Лонде, рядом с устьем живописной реки Ирена, и славится мягким, теплым климатом и обилием вина, которое производят в соседних виноградных провинциях Калерена и Лимперена.

А еще он знаменит лучшей во всей Асарии академией магии, в которой я и учился.

– И, надо полагать, с отличием закончил?

– Нет, со скандалом был отчислен после седьмого круга.

– Ха, и как это тебя угораздило?

– Да как тебе сказать, то ли происки завистников, то ли нелепое стечение обстоятельств.

Дело в том, что в ту пору я увлекался мехенди – магическими узорами, которые наносятся на женское тело, чтобы придать ему особое очарование и усилить соблазнительность. Я достаточно в этом преуспел и был хорошо известен в определенных кругах. Узоры эти, надо сказать, наносятся как на открытые участки тела, так и на весьма интимные. И мое возбуждение во время этого процесса рассматривалось клиентками как признак хорошей работы и гарантия качества. Многие не упускали возможность воспользоваться такой ситуацией. Для них это был приятный бонус к основному ритуалу.

Так вот, однажды я имел неосторожность украсить подобными узорами не знакомую мне особу. Я не устоял перед очаровательной прелестницей и согласился провести полный ритуал, не подозревая, кто она.

– Дай угадаю, она была дочкой твоего декана?

– Женой ректора, который оказался старым ревнивым козлом, и ему не составило труда выявить автора начертаний на теле своей молоденькой женушки.