Все звёзды и клыки

Несмотря на отвратительное самочувствие, ему хватает сил на то, чтобы громко фыркнуть.

– Будет много крови, – говорю я, обращаясь к Бастиану, и он морщит нос. Палуба «Смертной Казни» блестит чистотой, а это значит, что он потратил несколько часов, отмывая весь тот беспорядок, который сам же и устроил прошлой ночью.

– Слей всю кровь в океан, а потом спустимся в трюм. У меня есть несколько мешков, которые можно использовать в качестве подстилки.

Я киваю, инстинктивно касаясь своей сумки. Во время казни я использовала почти все кости.

Как только мои запасы снова пополнятся – я буду чувствовать себя гораздо увереннее.

– И ты будешь не против, если я запачкаю одежду? – спрашиваю я.

Какое-то время пират обдумывает мои слова. В конце концов – наверное, потому, что все эти вещи больше ему не подходят – он смягчается.

– Просто… сними плащ перед тем, как приступать к работе, – Бастиан поворачивается к Феррику. – Старайся не спускаться на нижнюю палубу. Подними голову и смотри на горизонт. Договорились, дружище? Глаза на линию горизонта.

Феррик медленно поднимает голову, но вместо того, чтобы снова опустить ее между колен, подпирает подбородок руками и со стоном поднимает глаза на линию горизонта.

Бастиан принимает это движение за согласие и поворачивается ко мне.

– Покажешь мне, что ты собираешься делать с этой рукой?

Мои пальцы еле заметно дергаются, и я колеблюсь, вспоминая испуганные лица зрителей казни. Магия души должна была впечатлить моих людей, а вместо этого вселила в них ужас.

Многие годы я тренировалась за закрытыми дверями, готовясь стать наследником трона Визидии. Но теперь мне совсем не хочется демонстрировать свою магию. От одной мысли, что Бастиан будет наблюдать за этим процессом, по моей коже пробегают неприятные мурашки.

Наверняка он подумает, что моя магия слишком грязная. Слишком жестокая. Но, может, он поймет, что я всего лишь выполняю свой долг и делаю все необходимое для выживания королевства?

Бастиан следует за мной в мою каюту, где я подбираю отрубленную руку с пола, а затем снова поднимаюсь на палубу, чтобы развернуть ее.

В нос тут же ударяет прогорклый запах тухлого мяса с примесью чего-то сладкого, словно кто-то пытался замаскировать зловоние смерти с помощью мерзкого парфюма. За ночь кожа руки посинела. Все это выглядит по-настоящему отвратительно, но Бастиан не отводит взгляда, даже когда я достаю кинжал.

Я привыкла работать с руками. Они небольшие по размеру, и их легко разделять на части.