Это было в Одессе

Пусть так…»

Он поднялся, сказав официальным тоном:

– Итак, мистер Казарин, мое поручение должно быть исполнено.

– Слушаю, сэр…

Полковник Гаввард посмотрел вслед вышедшему Казарину. Смутное подозрение шевельнулось где-то глубоко, в подсознательной сфере полковника Гавварда. Но в эту минуту вошел Томсон.

– Алло, Гаввард, – сказал он, сбивая приставшую пыль на крагах стеком. – Как дела?

Полковник Гаввард ответил неопределенно:

– По-прежнему, Томсон. Сегодня придется собрать небольшое совещание представителей оккупационных властей.

Томсон пожал плечами:

– Если это нужно…

– Очень…

Они помолчали. Затем Гаввард сказал сухо:

– Ты будешь присутствовать, как представитель британского флота.

Томсон еще раз пожал плечами.

Совещание, собранное полковником Гаввардом, состоялось в пять часов вечера. Это было строго секретное совещание и кроме полковника Маршана, представителя французского командования, полковника Гавварда, командира «Адмирабля» Томсона присутствовал только итальянец Джулио Спинелли, причисленный военным наблюдателем к штабу Гавварда.

Полковник Маршан со свойственной ему лисьей манерой начал издалека. Он довел до сведения своих слушателей, что на французских судах, стоящих на одесском рейде, дисциплина образцовая.

– Героические моряки Франции несут свой долг по-прежнему стоически, – сообщил полковник Маршан.

Но из последующих сообщений полковника выяснилось, что за последнее время на судах французской эскадры распространяются неизвестно кем некоторые прокламации, могущие иметь чрезвычайно вредное влияние на героических моряков французского флота.

– Эти прокламации, – сказал Маршан, – напечатаны на гектографе и составлены на великолепном французском языке, очевидно, лицом, владеющим прекрасно этим языком.

Полковник Гаввард насторожился:

– Имеются ли какие-нибудь подозрения?

– Арестованы три моряка, у которых были найдены прокламации.

– На палубе?

– Да. Во время утренней уборки палубы.

Наступила пауза.

Полковник Гаввард сказал:

– Как представитель союзного командования, я рекомендую вам, полковник, меры сугубой осторожности. Не надо забывать…

Он подчеркнул:

– Что большевистские агенты принимают все меры к тому, чтобы на судах союзного флота…

Полковник Маршан прервал его:

– Я знаю это.