Гигантская крыса Суматры / The Giant Rat of Sumatra

Вы знаете меня лучше, чем я знаю себя сам, по крайней мере, в некоторых аспектах, и, должен признаться, это правда, есть нечто такое, что ставит меня в тупик, но я боюсь, что ваше предположение о существовании дела, которое я расследую, пусть и представляется вполне логичным, как обычно, абсолютно неправильное. Потому что в настоящий момент мои мысли занимает очень личный вопрос.

ВАТСОН. Ох. Да, в таком случае, как я понимаю, нет у меня права вдаваться в подробности.

ХОЛМС. Благодарю, Ватсон. Я ценю вашу тактичность.

(Пауза. Тикают часы. ХОЛМС собирается провести смычком по струнам скрипки).

ВАТСОН. Хотя это чертовски странно, надеюсь, вы простите меня за эти слова, потому что, знаете ли, Холмс, похоже, никогда раньше личных проблем у вас не было, ведь так?

ХОЛМС. Это правда, не было. Как практически не было и личной жизни, а если проблемы и возникали, личного характера, я не обращал на них особого внимания, потому что гораздо больше меня интересовали другого рода проблемы, профессиональные, дедуктивные.

ВАТСОН. Разумеется, я волнуюсь о вас. Я волнуюсь, что кто-то ворвется сюда и задушит вас, чтобы эти крайне неприятные скрипичные звуки более не разносились окрест. И знаете, Холмс, если у вас есть желание обсудить какую-то проблему более личного характера…

ХОЛМС. Такого желания у меня нет.

ВАТСОН. Конечно. Очень хорошо понимаю. Больше ничего не говорю. Но если вы…

ХОЛМС. Вы обо всем узнаете первым.

ВАТСОН. Благодарю.

(Пауза. ВАТСОН возвращается к газете. ХОЛМС водит смычком по струнам, исторгая из скрипки еще более отвратительные звуки. Ватсон все сильнее мнет газету в кулаках, его раздражение нарастает. Наконец, Холмс перестает играть).

ХОЛМС. Между прочим, Ватсон, я еще не читал газету. Вам обязательно так ее мять?

ВАТСОН. Извините. Должно быть, непроизвольное сокращение мышц.

ХОЛМС. Ладно, Ватсон. Пожалуй, я могу вам рассказать. Просто все это так странно, так неестественно, что я, если честно, колебался, а казаться ли этого вопроса, из опасения… Действительно крайне все необычно, вот я и боялся, что вы посмеетесь надо мной.

ВАТСОН. Посмеюсь над вами? Я бы никогда в жизни не позволил себе смеяться над вами.

ХОЛМС. Вы еще не услышали мою историю. Но я наберусь мужества и рискну стать посмешищем, если этим удастся спасти от насилия мою скрипку. Ее не выбросят в окно, и она не зашибет случайного прохожего.