Раскодированная Россия

Я не живу, я доживаю

И как фельдфебель тяну лямку.

А что, касатик мой, случилось?

Откуда вдруг такая смелость?

Что? Ничего не получилось?

Ну, из того, чего хотелось?

А, может, слишком был ленивым?

А, может, цели выбрал плохо?

Зачем тянуться было к сливам?

Нет бы, нагнуться за горохом.

И вот итог твоей гордыни:

Что на душе темно и пусто.

Зачем лелеять было дыни?

Нет бы, окучивать «капусту».

Мы перед Господом предстанем

Но не в костюме, а в исподнем.

Кто хмурым, зимним утром ранним,

А кто июльским, жарким полднем.

И на весы пред Богом лягут

Среди мобильников и сумок

Листы мелованной бумаги,

А там строка или рисунок.

Троекуров, всплакнул и продолжил:

– И с Серым у него были свои счёты. Тот, наоборот, уничтожал красоту. Сам же видел, во что они особняк превратили. Так, ладно, ещё три минуты и мы услышим залп орудий по случаю смерти моего друга, – мстительно произнёс Троекуров.

– Какой залп? – не понял Крылов.

– Пушечный, – уточнил Серафим, – все только болтать, горазды, а я пошёл в особняк, поджёг бикфордов шнур и сейчас разнесёт весь этот особняк вместе с упырями к чёртовой матери.

Там у них взрывчатки до хрена. Это не пьяные песни на поминках, этому душа Витька точно обрадуется.

– А как ты время высчитал? – спросил Андреич, считая, что Троекуров бредит.

– Я сапёром в армии служил. Сантиметр бикфордова шнура сгорает в минуту, время взрыва высчитать несложно. О, вот, заткни уши, щас рванёт.

Действительно, грянул мощнейший взрыв.

Если бы в домах остались стёкла, их бы вынесло взрывной волной, а так только подушки посыпались на пол.

– Ну, ты дал, – покачал головой Сева.

– За спасённую красоту. За отмщённого Витька. Смерть всем Серым и Рябым. Наливай, помянем раба божьего Витюшу, чтоб земля ему была пухом. Ну, Витюха прости нас, если мы в чём-то перед тобой провинились…

С улицы послышался голос Ушанкина:

– Это чего там рвануло?

Троекуров и Крылов бросились к окну. Похмельный полководец в фуражке товарища Серого и с его же кобурой на боку ковырял мизинцем в ухе.

– Что за дела!? Кто тут шалит без моей команды!? – разорялся Витюша.

Тут он углядел, как его жена ставит на столы припрятанный коньяк из тайных запасов.

– Стерва, ты, что это моим коньяком распоряжаешься? Я распускаю войско. Отлезь от стола. Дармоеды, халявщики. Только на шару бухать.

Все бросились обнимать воскресшего «Наполеона», объясняя предстоящий праздник его же кончиной.