Раскодированная Россия

На негромкий вопрос: «а что же мне делать»!? слышный даже на другой стороне улицы, Обалдуев решительно советовал: с работы уйти, с женой развестись, а от денег срочно избавиться. Вопрос с работой и женой клиенту приходилось утрясать самому, а самый неприятный и щекотливый момент с избавлением от денег, Толян, кляня себя за свою доброту, брался лично. Радостный клиент, светясь от счастья, избавлялся от компрометирующих его денежных средств и ехал учительствовать в глухую деревню, благодарный Толику по гроб жизни за дарованную свободу.

Ещё бы, теперь он умрёт не в Магаданской тюрьме, а тихо доживёт в деревне Большие Шишаки, наслаждаясь свежим воздухом и собственным огородом. Слава Обалдуева росла и ширилась, он избавил от реальной угрозы сесть в тюрьму уже добрую сотню чиновников средней руки. Следующими на очереди были крупные начальники и политики. Кому как не им позарез нужно было знать будущее. К чему, допустим, эти дурацкие праймериз и избирательные компании, когда можно запустить мобильного Толяна в 2051 год и на основе его разведданных выстраивать дальнейшую линию партии или бизнеса. Обалдуев лениво ковырялся в носу, подсчитывая другой рукой на калькуляторе возросшие барыши, когда в дверь неожиданно постучали.

Глава 4

Уфолог Афанасий Удушьев в детстве подавал большие надежды. По физкультуре и пению ему сыпались сплошные пятёрки. Но, войдя в отрочество, Афоня отрастил себе большую задницу, пошёл прыщами и у него обнаружился на редкость противный голос.

Учитель по физкультуре уже не ставил в его в пример как прежде и не предлагал на зависть всем вскарабкаться по канату. Теперь у него были другие любимчики, а грузного Афоню он на пушечный выстрел не подпускал к канату, справедливо опасаясь, что жиртрест оборвёт казенное имущество. Учительница пения, мало того, что переместила ученика Удушьева из первого ряда школьного хора в последний, так вообще запретила ему петь, строго настрого приказав лишь открывать рот. Афоня затаил зло на весь белый свет и окунулся в чёрную магию. Скоро он приобрёл известность в кругах шаманов и ирридодиагностов. Это было время, когда по радужке глаза определяли многочисленные болезни, а потом заклинаниями и волшебными снадобьями их упорно лечили. Даже среди мрачноватых, не склонных к веселью ирридодиагностов Удушьев отличался трагизмом диагнозов. Все болезни, которые он выявлял, были смертельны и лечению не поддавались. Клиентура оставила Удушьева в покое.