Восход Стрикса

Их латы сверкали в свете факелов, плащи развевались за спиной. Мужчины приблизились к королю и оба поклонились. Выпрямившись, усатый громогласно доложил:

– Ваше величество, во дворец доставлена семерка на проверку.

Новость вызвала шквал обсуждений. Пришедший усатый стражник остался возле Кастора, явившийся с ним Беван поспешил к Лорану и коротко кивнул.

– Выяснил что-нибудь? – тихо поинтересовался Теневой страж.

– Много чего. Одно хуже другого. – Лоран сверкнул глазами, поглядывая на палача Джодока, как бы тот не принял неверный взмах руки короля за команду к казни.

Кастор задумчиво разглядывал пол темницы, собравшиеся в ожидании молчали, даже Удула прекратила болтать ногами. Ведьма и правитель сошлись в опасной игре: король не желал отступать и готов был идти до конца, колдунья ни за что не присягнула бы на верность короне. У Лорана разболелась голова от мыслей, что сломается раньше – гордость Удулы или трон отца?

– Ведьма! – торжественно и резко произнес Кастор, обернувшись к пленнице.

– Что за бесовщина? – прошептал Беван.

– Твою же… – Лоран порывисто шагнул вперед, но друг грубо перехватил за рукав и дернул назад.

– Подожди пока, не лезь, – благоразумно вставил Беван.

Какого беса он встал на пути? Лоран одернул помятый рукав и недобро глянул на Рафтмура:

– Никогда больше не смей…

– Не смел бы, ты уже давно дохлый в канаве лежал бы!

Лоран раскрыл было рот, но Рафтмур пихнул в бок и мотнул подбородком на короля.

– Каждый день на заходе солнца, – Кастор понизил голос, – я буду отдавать распоряжение сжигать на площади двора мага или ведьму. Мне нет нужды беречь их жизни, покуда они не способны повлиять на коварное колдовство твоей матери. Дорогая Удула, ты будешь слышать вопли и мольбы несчастных, но в твоих силах будет это прекратить, если согласишься помочь. Если палачу не встретится ведьма, тогда я сожгу любого простолюдина.

– Безумец! – закричала Удула – от ее былой веселости ничего не осталось. – Ты не посмеешь, бес!

– Еще как посмею, я – король, и ты подчинишься мне. Если проклятие твоей матери может уничтожить только магия крови, мне нет смысла сохранять жизни прочих детей Нижнего Миира.

– Лучше казни меня сразу, безумец. Я не стану помогать.

– О нет, я дарую тебе жизнь, дорогая Удула. И за тебя головы будут складывать иные.