Две жизни одного каталы

Такое вот у моих смежников царит гендерное неравенство.

– А че ты сливаешь-то ее? Много просит, что ли? Бабло тягаяет? Что такое? – заволновался Папа, привычно потея.

– Она старается, но тянет не мою публику. Колхозница. На нее клюет знатный механизатор, дояр, премированный путевкой, или даже целый завклубом – а мне нужна публика посложней. Но для тебя она в самый раз.

– Для меня в самый раз, – эхом повторил он, и глаза его налились медом, – а я тебе хошь – парня дам! Дураковат, но предан как бульдог.

Спортсмен. Пружина зовут. Один на один поменяемся – с тебя, как с брата, доплаты не попрошу!

Договорились утром встретиться у гостиницы «Горизонт» – каждый со своим товаром.

– О чем ты там с ним тер? – поинтересовался Похуйдым.

– Человечками обменяемся завтра. Он мне в помощники Пружину какого-то тулит.

– Ой, бля! Гемору ты с ним отхватишь. Этот Пружина робот-ебанат какой-то! Не знаю, откуда он к ним прибился, но Папа держит его на шарах. С ним косяк был в первый же день на рынке.

Я сам видел. Там какой-то штымп вертелся, Папа занервничал и говорит Пружине – ступай за ним, пробей, посмотри, что за черт? Пружина слово «пробей» понял буквально. Через минуту удар, будто шмот сырого мяса уронили, шум, скандал. Из-за киоска торчат ноги этого несчастного штымпа, а цыганки уже ему все карманы распотрошили, вытащили яйца наружу и в трусах заначку ищут. Очухался чувак, уполз куда-то. Велено было Пружине этому на работу больше не приходить, но сейчас он опять с Папой в бригаде. Не бери его – лучше один работай.

– Да пусть трётся со мной. Одежду носить будет, прикроет, если что… Посмотрю завтра.

На следующее утро в сквере у «Горизонта» можно было наблюдать сцену совершенно непотребную. В Сочи – городе высокой культуры быта, как в каком-то захолустном Нью-Орлеане, шел обмен живыми людьми. Я торговал Духовку, Папа предъявил угрюмого, невыспавшегося парня лет 22.

– Пружина! – пафосно объявил он голосом комментатора матча. – Служил в спортроте! Чемпион задунайского края!

– Забайкальского округа, – поправил угрюмый.

Ударили по рукам и разошлись. Обмен Духовки на Пружину был признан состоявшимся. Парнище оказался неплохой и весьма исполнительный. Научил разнообразным уставным военным терминам, из которых наибольшее впечатление на меня произвели «отдыхать лежа» и «прием пищи». Сейчас если спросит кто на Арбате – куда это ты, Студент, намылился? Я гордо отвечаю: в «Метелицу».