Академия Равенства. Тьма

– Некоторые обстоятельства не дали мне прибыть вовремя. Разрешите, я пройду к своей сумке?

– Если у вас там нет ничего опасного, что может навредить учебному заведению, то да, вы можете пройти. – Мужчина сложил руки на груди.

– Благодарю. – Петриция поднялась, и директор также встал, выказывая тем самым уважение к противоположному полу.

Пройдя к сумке, она достала измятый конверт, покраснела в тот же миг, но намерений не изменила. Взяв новую родовую, девушка вернулась к дивану и, остановившись в шаге от Лорда, протянула ему документы.

Скоро ознакомившись с ними, директор взглянул на лохматую грязную нарушительницу спокойствия.

– Ваша семья не относится к высшей знати. – Он не спрашивал, а констатировал факт.

– Нет. Мы давно утратили возможность входить в круг приближенных Его Императорского Величества и всего высокородного семейства.

– Это письмо обращено не мне. Директор эль Вирпен больше не руководит данным заведением, поэтому меня никто не предупреждал о вашем прибытии.

Счастливое облако надежды рухнуло вниз огромной кучной тучей. Именно так обрываются мечты. Петра старалась не терять выдержки и оставаться невозмутимой хотя бы внешне, но, видимо, стрессовые ситуации, свалившиеся девушке на голову одна за другой, все-таки перевалили за край воспитания, и распахнутые глаза с аметистовой радужкой заблестели от выступивших слез. Мужчина заметил, как нервно сжимаются кулачки маленькой Гори, как безмолвно подрагивают ее плечи, как прикушена с внутренней стороны губа…

Лорд эль Свьен мотнул головой, словно стряхивая подкравшееся наваждение, и подоброму улыбнулся.

Он поспешил успокоить девушку. Мужчины не переносят женских слез, за исключением их маленьких дочек.

– Не печальтесь, Гори. Я еще не отказал вам. Несмотря на то, что учебный год уже начался, я войду в ваше положение. Академия может позволить себе еще одного адепта, но вам придется самостоятельно нагнать весь пропущенный материал. Все-таки вы прибыли издалека.

Для того, чтобы назначить занятия, мне необходимо проверить уровень вашей силы. Будьте добры, присядьте на диван.

Директор говорил мягко, словно с маленькой девочкой, и от этого на душе становилось еще гаже. Отец никогда так не разговаривал с ней. Никто так не разговаривал с ней, кроме нянечки. Петра очень соскучилась по женщине, которая заменила ей и мать, и отца, хотя с их последней встречи и прошло всего несколько дней.