Академия Равенства. Тьма

Что-то, что давало надежду на другую, счастливую жизнь…

* * *

ЧЕЛОВЕК ПРОНОСИТ С СОБОЙ СКВОЗЬ ЖИЗНЬ

КАК ДРУЗЕЙ, ТАК И ВРАГОВ…

ЖАЛЬ, ЧТО ДРУЗЕЙ ОСТАЕТСЯ ВСЕ МЕНЬШЕ…

    (ИЗ СКАЗАНИЙ ВЕЛИКОГО ОПТИМИСТА)

Женское общежитие походило на здание Академии, только являлось, скорее, уменьшенной его копией. Громоздкий серый камень создавал идеальную кладку стен. Стрельчатые окна были украшены разноцветной мозаикой по контуру. Вытянутые к небу темно-синие шапки двух башен переливались на солнце. Сказочный замок – вот что напоминало это строение.

Просторный холл встретил нежданных посетителей угрюмым видом коменданта. Женщина лет тридцати сидела за п-образным столом и читала небольшую книгу, обложка которой явственно намекала на ее прямое отношение к любовному роману.

– Риана, что привело тебя в мое скромное владение? – скрипучим голосом недовольно проговорила комендант.

– Ох, Вьена! Лорд Директор приказал проследить за заселением этой… ммм… Гори.

Петра не находила себе места.

Ей хотелось поскорее закрыться в своей комнате, чтобы не чувствовать унизительные двусмысленные взгляды.

– А… – хотела что-то спросить Вьена, но замолчала, сделав вид, что поправляет свои светлые волосы, убранные в строгий пучок.

– Скажи, куда идти, будь добра. Это – первый курс. – Секретарь высокомерно окинула девушку взглядом.

– Гори, тебя разве не учили необходимости представляться, когда ты знакомишься с собеседником впервые? – ядовито заметила комендант.

– Петриция Сей, – сквозь зубы проговорила адептка.

– Но-но-но! Ты мне здесь свой темперамент не показывай! Быстро домой отправлю! Марш на третий этаж! Комната сто сорок два!

Петра, даже не уточняя дороги, развернулась спиной к женщинам и пошла в сторону арки, за которой виднелась широкая лестница. Темно-синий ковер оплетал ступени, а с каждым сделанным девушкой шагом на потолке зажигалось магическое освещение. Ярость клокотала в груди, пытаясь найти выход и избавить тело от непривычных эмоций. Девушка жалела, что не может представиться своим настоящим именем, тогда бы все они проявляли уважение и раболепие.

Страх быть проданной пересиливал злость, и Петра с трудом, но успокаивалась. Пролеты сменились один за другим и незаметно закончились на последнем этаже.

В длинном коридоре то и дело сновали адептки. Некоторые из них разговаривали и смеялись, столпившись кружком у стены. Кто-то облюбовал пятой точкой подоконники, читая книги или играя простецкой магией.