И Боги тоже люди

Наверное, это должен делать Высший Руководитель, но он сегодня тоже не в духе. Мы, кстати, Верхние Руководители Палаты. «Палата» – это орган управления здесь, на «Санрайс». А «Санрайс»… Вот черт… – Мар потер виски, пытаясь найти нужные слова для объяснения всего в этом мире.

– Мой друг и коллега хотел сказать, что нам о многом нужно с тобой поговорить, но это все – темы не для первого дня появления. – Инт дружелюбно растянул губы.

Девушка причудливо улыбалась и кивала в такт словам, будто давно знала этих парней.

Она спрятала пальцы в передние карманы затертых джинсов и качалась с пятки на носок, будучи обутой в обыкновенные кеды. Распущенные волосы спускались чернильными кольцами до самой талии, закрывая поясницу, на которой была выбита татуировка. Мандала отчетливо выглядывала из-под короткой черной футболки, да только человеку непосвященному было неизвестно ее значение.

– Так! Привет! Я – Савий! – Поисковик прошел в белоснежную комнату, больше похожую на медицинскую палату. – Твои документы готовы и… Я не стал менять имя и фамилию – оставил как есть.

– Да, спасибо! Для меня это очень важно. – Открытая, жизнерадостная – такой она виделась Марко в этот момент.

– Пойдем, подопечная. Поживешь пока у нас, лады? – Видящий обнял ее за плечо и подтолкнул в сторону выхода. – Думаю, Касси обрадуется, – невесело усмехнулся он.

– Не о том думаешь. Мамушка будет в шоке! – покачал головой Инт.

* * *

– Милая, обуздай силу. Ты ведь знаешь, что я не могу прикоснуться к тебе такой.

 – Эмит присел рядом с Касси на корточки.

Пламя резко рвануло вверх и бесследно растаяло, будто и не было его вовсе. Сняв с себя черную рубашку, мужчина приподнял девушку и надел ее на нее, сгребая в свои объятия. Маленькая девчонка. Он знал о ней все, понимал ее, как никто другой, и сочувствовал, но был убежден в том, что она справится с собой. Эм гладил ее по спине, успокаивая, даря такую защиту, какую не мог дать ей никто, кроме него.

– Все будет хорошо. Мы справимся, милая.

Все вместе справимся.

Всхлипы затихали, а вздрагивания становились все реже.

– Я ей чужая… – прошептала Кассандра. – Тринадцать лет… тринадцать лет пропасти между нами! Она уже взрослая, черт возьми! Что я ей скажу? Здравствуй, я твоя мама? – она доверительно заглядывала ему в глаза в поиске ответов.

– Так и скажешь. И я уверен, что она поймет, если все ей рассказать. С взрослым человеком беседовать намного легче, чем с малым ребенком.