И Боги тоже люди

 – Марко сделал пригласительный жест рукой, предлагая пройти дальше.

– Вы, ребят, того, что ли? – она чуть прищурила глаза, будто разглядывала их с другой стороны.

– Чего – того? – не понял Прогер.

– Ну… любите друг друга? – Алика смотрела пристально, следя за реакцией и мимикой.

– Ты сбрендила, что ли? – первым очнулся Мар, отходя от друга на несколько шагов. – Мы живем в разных комнатах! Он парень моей сестры!

– Аааа. Ну ладно. Просто вы отлично смотритесь вместе…

– Спасибо, – автоматом ответил Инетр, но тут же спохватился.

 – Ты это, не балуй! А то быстро в угол поставим! Ну, или сладкого лишим. Блин, Мар, как детей наказывают? – он с отчаянием в глазах посмотрел на веселящегося друга.

– Вы отстали, дяденьки, лет так на сто! Сейчас у детей забирают гаджеты, чтобы наказать. – Она рассмеялась заливисто и по-доброму, точно так же, как смеялась Кассандра. – Да и потом, я давно не ребенок. – Последняя фраза явственно пропиталась печалью, оплетая голос.

– А гаджеты – это? – Мар пристроился с другого боку, когда они спускались по лестнице на первый этаж.

– Телефоны, планшеты, компы, ноутбуки… Вы в Средневековье живете, что ли?

– Да нет. Мир у нас продвинутый. Только словами такими не пользуемся. – Инетр спустился первым.

Холл первого этажа поразил девушку своей роскошью и гармоничностью. Именно в таком большом, просторном доме она хотела бы жить, но не срослось…

– И кто это тут у нас? – Мамушка вышла из кухни, вытирая руки о белоснежное полотенчико. – Ай, краса какая! Только косу заплести бы надо, а то волосища-то длинные – запутаться могут! Ты чья будешь, деточка? – обратилась женщина к Алике.

– Своя, – твердо ответила она, гордо вздернув подбородок. – Здравствуйте. Я – Алика. – Девушка протянула руку, чтобы поздороваться.

Мамушка с ошеломлением во взгляде приняла ее, дружественно сжав, но тут же закрыла глаза, вздрогнув всем телом. Из чернильной мглы появилась картинка маленькой светловолосой девочки, которая уворовывала из тарелки печенье, хитро посматривая на свою маму, которой являлась Кассандра.

Образы поплыли – и перед ней предстала девчонка-подросток, отчаянно дерущаяся со сверстниками, которые обзывали ее сумасшедшей. Злобный смех подростков был повсюду, а она продолжала отбиваться и драться, защищая себя. Другой образ – девушка рада, что покидает холодные безжизненные стены, оставившие в ее памяти только боль и одиночество…

– Эй, вы чего? – громко спросила Алика, пытаясь одернуть свою руку.