Покинутая 2. Огонь в сердце

Удивительно, но некромант, несмотря на погоду, сегодня был энергичен и весел, в то время как его друг изо всех сил показывал, какой он несчастный.

– Тебя Ионтин, что ли, покусал? – усмехнувшись, спросила я, вешая мокрый плащ на крючок напольной вешалки.

От вешалки я даже отойти не успела, как лужи на полу исчезли, а сам плащ мгновенно высох. С подозрением покосившись на некроманта, я успела заметить, как он спрятал освободившиеся руки себе за спину. Освободились они потому, что на край стола, не заваленный бумагами, Ио поставил поднос.

На подносе своего часа дожидались миниатюрная чашка, пузатый прозрачный чайничек с заварившимся отваром и три маленьких пирожных.

– Лучше бы он, – простонал огневик, приоткрывая один глаз. – У тебя от головы с собой, случайно, ничего нет?

– А ты разве сам себя вылечить не можешь? – полюбопытствовала я, берясь за ближайшие листы.

Подозрительное подношение я пока успешно игнорировала.

– Мы еще не проходили самоисцеление, – поведал мне Леу, прикладывая ладонь к своему лбу.

– А друг тебе на что? Вы же вместе на целительство ходите.

– Не друг он мне больше! – патетично воскликнул огневик и тут же застонал.

– Я лишь хочу, чтобы ты понял всю опрометчивость своего поступка, – смешливо улыбнулся Ио, скрываясь в своем кабинете.

О каком поступке речь, я спрашивать не стала, хоть мне и было любопытно. Вместо этого приступила к разбору документации, который уже не казался мне таким невыполнимым делом.

– Может, ты меня вылечишь? – с надеждой спросил огневик, приподнимаясь.

– Я не умею, – призналась я, на мгновение отвлекаясь.

– Жаль, – произнес он с тяжелым вздохом и лег обратно на диван.

Но следующие листы я посмотреть так и не успела. Поверх них лег другой документ, тут же приковавший мое внимание. В первую очередь меня заинтересовала сумма в четыре тысячи айлинков, а также сверхурочные, которые оплачивались по двести пятьдесят айлинков в час, что было вполне приемлемо и даже шикарно, но…

Я прекрасно помнила слова Ионтина о том, что я их разорю, а потому имела полное право отыграться.

Просто не нравилось, когда обо мне думали хуже, чем я была. Мне сразу хотелось соответствовать чужим ожиданиям. Исключительно назло.

На Ио, замершего у моего стола, я посмотрела с осуждением.

– Не друг он тебе больше, это факт, – проговорила я, пытаясь взглядом вызвать чужую совесть.

– Вот-вот! – поддакнул Леу и тут же застонал оттого, что слишком резко поднялся.