По законам чужого жанра

– А что представляла? – внимательно смотрел на меня Никита, а я больше всего на свете хотела сейчас заткнуться, но язык мой несло далеко и без остановок.

– Ну, что он увидит меня и я понравлюсь ему, – призналась честно.

В конце концов, мы с этим Никитой видимся в первый и, скорее всего, в последний раз, так что можно говорить откровенно. Может, действительно посоветует что-нибудь дельное.

– А как думаешь, он о твоих ожиданиях знал?

– Не знаю, – ответила растерянно. – Думаешь, не знал?

– Уверен, – усмехнулся мужчина, откладывая столовые приборы.

 – А пойдем танцевать? Вечер будет долгим.

– Я ужасно танцую, – вздохнула я, мысленно признавая, что ничего не смыслю в противоположном поле.

– Разрешаю тебе оттоптать мне ноги.

– Ну, если вы разрешаете…

Глава 3

Никита

Она была такой смешной. Я прекрасно знал, как она выглядит. Больше того, я с самого начала отлично понимал, с кем веду переписку. Это было интересно и незаметно для меня переросло в ежедневное общение. Просто в какой-то момент мне стало любопытно, какая эта девушка в жизни.

Какой характер у той, что не стеснялась писать напрямую генеральному директору.

Она представлялась мне очень бойкой, беспринципной особой, акулой финансового мира, но на деле же оказалась интересным, умным и внимательным собеседником. А еще невероятно шебутной девушкой, которую приключения находили, будто по заказу. Даже сегодня она умудрилась собрать вокруг себя все самое интересное.

Ее коллеги были теми еще кадрами.

Девушки бессовестно флиртовали весь вечер и клеили абсолютно всех, кто хоть отдаленно был похож на мужчину. Даже официантам досталось, но лично для меня главным сокровищем этого вечера стала Соня. Изначально я не собирался скрываться, но, когда караулил ее у лестницы, понял, что она переволновалась, ожидая нашу встречу. По крайней мере, тот факт, что она пришла слегка навеселе, это подтверждал.

Мне не хотелось делать ей больно. И уж тем более я не собирался ее обижать своим сообщением. Просто дал карт-бланш второму себе, от которого она так лихо избавилась.

Мое самолюбие довольно заурчало, едва я осознал, что наши переписки для Сони кое-что значили, но мне хотелось, чтобы она вела себя свободно. Не закрывалась, не старалась понравиться, а просто была собой.

И она была собой. Неугомонной, любопытной, открытой и веселой. А еще она была очень красивой. Бальное платье подчеркивало ее фигуру, обрисовывало все изгибы, вынуждая сходить с ума воображение.