Золушка в поисках доминанта. Книга 1

– Я сейчас свяжу тебе руки и закреплю их у тебя над головой… – довольно произнес он, заставляя меня открыть от возмущения рот.

– Что? Нет! На такое я не подписывалась!

– Хочешь, я открою тебе два секрета?

– Нет!

– А я все равно открою. Ты подписалась абсолютно на все, придя сюда, – это раз. И два: я не сделаю тебе больно, пока ты этого сама не попросишь.

Контроль с моей стороны обнадеживал. Так я чувствовала себя значительно увереннее – владея, управляя ситуацией.

– Хорошо. Но если я попрошу остановиться, ты прекратишь!

– По рукам.

Позволив связать кисти, я молчаливо подняла их над головой, ожидая, когда их закрепят, но на что я точно не рассчитывала, так это на то, что мое тело приподнимется. Будучи подвешенной над полом, я могла ощущать мягкий ворс лишь кончиками пальцев, стоя на них, словно балерина, участвующая в танцевальной постановке.

Теплые ладони скользнули по бокам, опускаясь все ниже. Губы дразнили горошины, язык играл с ареолами, повторяя траекторию рук.

Когда поцелуи достигли живота, я неосознанно подалась вперед, и, чтобы удержать меня, мужчина крепко сжал мои ягодицы. Это совсем не отрезвило, а скорее, наоборот – придало драйва. Никогда не была озабоченной, но сейчас… Ммм… Разум прощался, весело помахивая ручкой.

Ткань трусиков поползла вниз, но будто царапала кожу, настолько она была чувствительной. Сжав ноги, опустила голову вниз, да только жаль, видеть ничего не могла.

– Эй, не закрывайся.

Я хочу видеть тебя.

Оглаживая ягодицы, Александр продолжал целовать бедра, вычерчивая рисунки дорожек языком, подбираясь все ближе к внутренней стороне бедра. Мама! Ааа… Остановите это безумие… Я чувствую его дыхание там, прямо там…

Поцелуи, переполненные удовольствием, осыпались на клитор, сводя с ума, выбивая дух из тела. Язык круговыми движениями проходился по воспаленной бусинке, и я уже не контролировала тело, то и дело вздрагивая в такт его ласкам. Горячие волны разливались, пульсировали – я сжималась все чаще, пытаясь отстраниться, но конца и края безумству не было, ровно до тех пор, пока к ласкам не добавились его пальцы.

Он прошелся ими в самом низу, чуть раздвигая губы, прокладывая себе доступ прямо к нутру. Я стонала громко, не сдерживая себя, не думая ни о чем. Подушечкой пальца он потер вход во влагалище и, чуть протолкнув его вперед, сразу отпрянул, оставив меня и без ласк, и без поцелуев.