Хозяин леса

Тот улыбнулся, погасил огонёк на ладони.

– Седрик, ты говоришь какие-то глупости. У нас всегда есть еда на столе, хватает на всех. И им тоже хватает, – в её голосе было непоколебимое убеждение в правоте своих слов. Девочка хмыкнула, скрестив руки на груди. – Я ни за что не поверю, что им нечего есть. Они же крестьяне.

Маг выдохнул плотное облачко пара, похожее на густой туман, и поднялся на ноги. Его рука легла на её плечо, когда он чуть наклонился к ней.

– Мы с тобой как-нибудь поговорим об этом серьёзнее.

Как наследница трона, ты должна знать, что происходит в этом королевстве. Что же касается духа, это всего лишь детская сказка, чтобы пугать непослушных малышей.

– Седрик, – она вдруг посерьёзнела, снова хмурясь, – я слышала, как ты говорил о нём с моим отцом. – Поймав на себе колкий холодный взгляд, поспешила добавить: – Случайно.

– Я много раз говорил тебе, как нехорошо подслушивать, Анна, а ты…

– Наконец-то Вы нашли её, господин! – Прокричал один из стражников, стоявших на карауле.

Маг прервал свою речь, махнул рукой, без лишних слов приказывая отпереть ворота. Анна отошла от него, посмотрела на витражные окна замка.

Когда их впустили во внутренний двор, девочка неуверенно улыбнулась магу.

– Он меня точно убьёт, вот увидишь, – вздохнула она и побежала к уже ждущей её на ступенях служанке. Только на секунду девочка обернулась, чтобы ещё раз посмотреть на мага, но взгляд её невольно устремился в сторону леса. Там, среди темнеющих на фоне снега деревьев, мелькнули раскидистые оленьи рога и чьи-то глаза пристально наблюдали за ней.

Но как только Анна сморгнула виденье, всё испарилось. Хороня в душе липкий страх, она гордо подняла голову и пошла за служанкой.

Седрик тихо недовольно хмыкнул, покачав головой, поправил мешавшую ткань чёрного плаща и медленно двинулся через двор. А в это время в окно за ними следил разгневанный король.

2

Король Генрих стоял у окна, мрачно разглядывая заснеженные окрестности замка, и нервно теребил край тяжёлой мантии, как бывало всегда, когда его пробирала злоба.

Сегодня это чувство не покидало его с самого утра, и теперь оно росло и крепчало. Когда-то, вспомнил король, ему уже приходилось прогибаться под его тяжестью. Примерно девять лет назад, если память не начала подводить иссыхающий разум.

Двери в его покои отворились без стука, свойственного всем обитателям замка. Всем, кроме одного, самого бесцеремонного, но самого дорогого.