Химера

– Это тот тип с девкой? А он тебе кто?

– Ну как сказать? Брат-близнец по холостяцкой доле, мы лет пять уже знакомы.

– Понятно, – коротко ответила Лилия, и они вышли за дверь.

На улице смеркалось, было душновато, но дневное тепло быстро сменялось вечерней прохладой. Небо, прорезанное инверсионными следами далёких самолётов, всё больше сгущало свой цвет, субботний вечер был многолюден, и где-то в районе парка периодически хлопали петарды. Славка взял Лилию за руку, их пальцы переплелись.

Она шла рядом с беззаботно-скучающим видом, но Славка то и дело замечал её цепкий взгляд, скользящий по сторонам. Она словно высматривала кого-то. Славка провёл несложные умозаключения и пришёл к выводу, что объектом наблюдения наверняка является Гарик. Через болтливую Алексеевну покинутый сожитель мог вызнать, что таинственный визитёр приходил из Комсомольска, и вполне вероятно теперь, уязвлённый, прочёсывает людные места посёлка в надежде отловить беглянку и продолжить разбор полётов, а заодно и с нового кавалера сатисфакцию стребовать. Размышления эти не придали Славке душевного комфорта, и он не удержался.

– Лиль, ты, по-моему, кого-то выглядываешь. Не его, случайно?

Она взглянула недоумённо.

– Кого, Гарика, что ли? С чего бы ему здесь оказаться? А, ты считаешь, что он кинется меня разыскивать… Успокойся, это исключено. Я с самого начала не обнадёживала его на предмет длительных отношений, так что тут всё по-честному.

Просто сейчас его грызёт кобелиное самолюбие, но это временно. Он парнишка смазливый, попсихует денёк-другой и найдёт замену. Cебе по статусу.

И, естественно, не обошлась без шпильки.

– А ты трусишка, зайка серенький.

Славка нахмурился и сказал сердито:

– Никакой я не трусишка. И тебя я никому не отдам. Если надо, глотки рвать буду.

Лилия шутливо отстранилась.

– Какие туземные страсти! Спокойнее, кабальеро, обуздайте свои стремительные чувства и не пугайте даму.

Славка чертыхнулся себе под нос. Чуть остыв, пробурчал:

– И что ты за человек такой? Представляю себе, имей я твой характер… Да мы бы уже поубивали друг друга.

– Обижаться – удел слабых мужиков. А на меня обижаться вообще бессмысленно, я же предупреждала, что не сахарная. Так что будь стойким и невозмутимым, – сказала Лилия иронично-наставительно.

Через знакомую арку они зашли в парк.