Тенесвет. Дорога к неведомому

Я нарисовала дерево – и на этот раз получилось куда лучше. Грейс давала мне полезные советы где только могла. Она посоветовала мне сделать отметки, чтобы рисунок не стал слишком большим или слишком маленьким, а также начать со ствола, затем перейти к крупным веткам и только в конце нарисовать маленькие веточки и листья.

Держать угольную палочку в руке было несколько неудобно; она была тяжелее и толще пера и требовала другого давления. Мои штрихи тоже выходили длинными, неровными и часто косыми и кривыми.

Грейс посоветовала мне наносить более мелкие штрихи, которые совсем необязательно должны идеально переходить друг в друга – в конце концов, все образуется. Она оказалась права. Когда мой набросок был закончен, дерево выглядело совсем не так ужасно. Не совсем как настоящее, конечно, но вполне узнаваемо. Это была береза с поникшими ветвями.

– Для начала неплохо, – похвалила меня Грейс. – Но помни, самое главное – практика и терпение.

Я серьезно кивнула.

У меня было достаточно времени, чтобы практиковаться, и я преисполнилась решимости добиться того, чтобы под конец путешествия не раздумывая изливать на бумагу всю свою душу.

Еще раз поблагодарив Грейс, я вернулась в чрево корабля, чтобы отнести в каюту свои новоприобретенные рисовальные принадлежности. На сегодня я нарисовалась достаточно. У меня болело запястье, а кроме того, я действительно намеревалась получше узнать команду. Эту цель я отнюдь не упускала из виду.

Пока что я уже познакомилась поближе с Грейс и Гордоном – но на корабле еще оставалось достаточно не узнанных мною людей.

Я собиралась уже подняться через кают-компанию обратно на палубу, когда заметила юношу, сидевшего в одной из оконных ниш в задней части помещения. Пока мы с Грейс рисовали, солнце пробилось сквозь темные облака и теперь светило через иллюминаторы по мою правую руку на длинные золотистые волосы Калеба. Они были темнее, чем у его брата, но все равно по праву могли считаться блондинистыми.

Калеб даже не поднял глаза; он, вероятно, был слишком поглощен чтением. Кинув взгляд на обложку, я не смогла сдержать улыбки. Он читал мою любимую книгу.

Книга эта называлась «Танец смерти» и повествовала о храброй крестьянке, которая пошла на преступление, дабы защитить свою дочь, а затем была предана своими же друзьями. Ее должны были повесить на глазах у всего города, но ей удалось вовремя бежать.