Искры и тени

Те воображали себя то великими актерами, то музыкантами, разыгрывали сценки, орали песни прямо на площади. Разве найдется какой дурак и обратит на них внимание?

– Ты Смолин?

То, что подошло к нему, назвать живым было сложно. Бесформенное, бесцветное, оно то раздувалось до размеров воздушного шара, задевало пухлыми боками прохожих, то сжималось в струну. Звук голоса шел изнутри чудного создания – низкий, тягучий. Голос не имел пола и возраста и мог принадлежать как простуженному подростку, так и пожилому человеку.

– Предположим. – Эдуард не удивился. В макросети, если ты не официальный представитель компании, имеешь право выглядеть как заблагорассудится.

– Ты скучаешь на гладиаторских боях. Я тоже. Надо встретиться вживую и обсудить вопрос чрезвычайно важный для твоей компании. Макросети доверия нет. Ты же помнишь, что случилось с Бетой.

Мутно-бесцветное нечто на миг стабилизировалось, приняв человеческие очертания, и снова расплылось. Во все стороны брызнули золотые искры.

– Мне нужен союзник, а не мишень для хакеров, – закончило оно.

– Заинтриговал, – сдался Смолин. – Давай попробуем встретиться. Где?

– Второй этаж, балкон.

Глава «Приюта пилигрима» чуть заметно кивнул и отключился. Все лучше, чем просиживать битый час, глазея, как перекачанные смертники разделывают друг друга под свист и улюлюканье публики.

Эдуард открыл глаза и огляделся. Справа уже сидели отец и брат.

– Куда? – Смолин-старший знал отношение сына к подобным мероприятиям и злился, что младший растет неженкой.

– По поводу сделки. Срочно. Через две минуты вернусь. – Эдуард постарался как можно скорее пройти мимо семьи.

– Придержать начало? – На бледном лице с аккуратно подстриженной бородкой читалось недовольство.

Только не это.

– Не стоит.

Стараясь не оттоптать никому ноги, молодой человек лавировал меж креслами, а вдогонку летел радостный марш, под который ведущая звонким голосом выкрики вала:

– Сегодня в битве сойдутся титаны! Те, за кого вы болели! Те, кто когтями и зубами вгрызался в победу, не щадя соперников!

Охранники у двери с учтивым поклоном пропустили сына хозяина.

Вход в ВИП-ложу напоминал ледяной дворец. Прозрачные колонны украшала изящная резьба. Свет с хрустальных люстр рассыпался и дробился в бледно-голубых и зеленых статуях, в молочно-белом с серо-зелеными прожилками мраморе стен, мозаике пола.