Искры и химеры

Ей представились два зверя – седой матерый волк, никогда не щадивший противников, но ослабший в многочисленных схватках, и молодой огненный лис, очень крупный, хитрый и не менее опасный. Они спорили и ругались, а девушка видела схватку двух хищников. Она не вслушивалась в слова. Только видела – лис явился сюда за славой. Ему точно воздух требовалось чужое обожание, похвалы, восторг.

Кощей подобных людей презирал. Девушка перевела взгляд на старика. Она вдруг поняла, чего тот боялся – войны. Боялся, что обнародование информации о пилигримах может ее спровоцировать.

Вдруг дверь в кабинет Председателя с шумом распахнулась, впуская внутрь Веронику Ильину.

– Здрасте! Мне, конечно, неловко нарушать вашу милую беседу, – она говорила тихо, цепко рассматривая умолкших мужчин, – но хотелось бы знать, что вы себе позволяете!

От интонаций в голосе повеяло приближающимся торнадо. Даже не успевшая обрадоваться наставнице Дорофея вжала голову в плечи, точно ожидая удара.

– Мало того, что девочку на цепь посадили, еще и за дрессировку принялись! МОЯ мухоловка, личная, ручная! Вы хоть понимаете, чем рискуете? И не возражайте, вы мне больше не начальник!

– Ника, тихо, – схватился за голову Председатель.

 – У меня сейчас давление подскочит. Никто твою подопечную не съел. Лучше познакомься…

– Его досье я по дороге читала, – не стала разводить вежливость Ильина, – и знаю о настоящей цели прибытия. Роберт с Броней заявятся со дня на день, а меня пока попросил Илья Петрович, да-да, тот самый генерал, который пилигримами заведует, поводить гостя по центру клонирования и попозировать перед телекамерами.

Сделаем.

– Никуша, не тараторь. – Кощей попытался решить дело миром. – Наташа сейчас чай…

Ильина его проигнорировала, сканируя гостя своим немалым даром.

– С Чарой Липа и Альбертом Хохловым я уже договорилась об интервью. Через четыре-пять дней к ним вылетим, едва здесь материал отснимем, – сообщила она.

– Во как быстро! – невежливо присвистнул Левашов. – А меня поставить в известность?

– Обойдешься.

 – Ника была слишком зла, Дора даже испугалась, когда в кабинете замигали лампочки. – Кстати, Марата убили, – вдруг сказала она. Лампа прямо над головой сенса погасла и больше не загорелась.

Дорофея так обрадовалась наставнице, что не сразу вникла в смысл ее слов. Марата? Того бородатого полковника, который расследовал дело Пятерки? Стало нехорошо, будто все копившиеся изо дня в день дурные предчувствия обрели форму и цвет.