Искры и химеры

Рука нащупала на дне сумочке листовку, которую утром вложил в коробочку с часами синеволосый продавец. А сейчас молчать, будто ничего не случилось. У нее получится, она верила.

– Все расскажу потом, – сдержала она Машкино любопытство. – Вот побываю в прошлом, расскажу.

Тем временем Роберт ощутимо нервничал, что-то тихо втолковывал Брониславу, убеждал, даже пару раз сердито стукнул кулаком по столику со склянками, едва не перевернув тот. Зато едва показалась машина с эмблемой съемочной группы Комиссии, Ноэль преобразился: уверенно расправил плечи, вскинул голову.

Не скажешь, что минуту назад вытирал вспотевшие руки платком, в любой миг был готов сорваться на крик.

Дора шагнула вперед, разглядывая черно-белую эмблему на дверце. Из сияющей замочной скважины повисшего на цепях замка выходил человек в старинных одеждах, с тяжелым чемоданом в одной руке и посохом в другой. И натыкался на шлагбаум. Весьма символичное изображение контроля пилигримов.

Павел Левашов явился раньше назначенного срока, первым выбрался из машины, вручил кожаный портфель молчаливому местному двойнику, по-хозяйски осмотрел металлическое сооружение и презрительно хмыкнул:

– Эта груда металлолома и есть легендарная машина времени? В малобюджетных фантастических сериалах она выглядит и то лучше.

Роберт не отреагировал, протянул ему пол-литровую пластиковую бутылку с мутно-серой жидкостью на донышке.

– Пей без опаски. Розовые барашки на радуге не привидятся. Зато память улучшится, и погружение в прошлое перенесешь легче.

Павел заранее скривился, в один глоток осушил содержимое бутылки, поморщился.

– Жаль, сейчас не шестнадцатый век. Из тебя вышел бы первоклассный придворный отравитель.

– Дора. – У ученого была готова зеленая таблетка для девушки. – Пора.

Он сам проглотил такую же и проводил Павла наверх.

На этот раз девушка не боялась, как и обещал когда-то Ланс. Даже ждала с нетерпением путешествия в чужое прошлое, поэтому без вопросов залезла в бирюзовую кабинку, позволила себя пристегнуть.

Последним, кого она увидела, прежде чем металлические прутья с зеркалами сомкнулись за ней, был Бронислав. Ему предстояло отправить ее с Ноэлем в путешествие и вернуть обратно. Ника тоже находилась рядом, что-то втолковывала неведомому собеседнику, поднеся браслет к губам, жестикулировала свободной рукой.

В сердце переплетения металлического кружева, в сиянии лимонно-желтой центральной оси, в перекрестье отражений сотен зеркал уже вращалась кабинка Левашова.