Охотник и его горгулья

 – Так ты, почтенный, долго ждешь, или мне стоит занять очередь и пробежаться по другим лекарям? – беззаботно спросил я.

– Я не жду, я за порядком слежу. Весь день, если никого хоронить не надо. Ждать тут долго, – кивнул рыжий на страждущих лицезреть Аганьера. Я насчитал шестнадцать человек.

– А как сделать, чтобы это мелкое препятствие обойти? – шепотом спросил я, для убедительности постучал по карману куртки. Оттуда в подтверждение моих честных намерений многозначительно звякнуло. У могильщика загорелись глаза.

– Пятнадцать серебром, – так же тихо сообщил он мне.

Ого, ну и запросы! Сердце жадно ёкнуло, но раз взялся за дело, мелочиться глупо. Так что я согласно кивнул.

Мы отошли в сторону, где я вручил ему два золотых (у самого душа над каждой монеткой рыдала, а что делать?). Это было даже больше, чем он просил, и я невольно ощутил гордость за собственную щедрость.

– Пойдём к нашему чародею, – тут же смилостивился могильщик. Я только улыбнулся в ответ. Всегда знал: моё обаяние откроет любые двери.

Аганьер оказался не стариком, как я его представлял, а мужчиной лет пятидесяти, выглядевшим даже моложаво. Светлые длинные волосы были собраны на затылке в конский хвост, спускавшийся ниже плеч. Красивое, без тени морщин лицо с высокими скулами оставалось румяным, словно у юноши. Пронзительные голубые глаза смотрели изучающе и снисходительно. А яркий, пожалуй, куда пестрее весеннего цветущего луга наряд говорил: «Смотрите, я не принадлежу ни одному из Орденов, я умею гораздо больше «зубрилок», носящих звание магов, концентрирующих свою силу только на чём-то одном!» Но по мне, лучше бы он носил два цвета какого-либо из магических Орденов…

Кабинетом ему служила полукруглая комната, заполненная необычной мебелью.

Овальный стол на изящных ножках, стулья с высокими плетёными спинками, шкафы, забитые пузырьками со снадобьями – всё было выполнено из полупрозрачного разноцветного стекла. Добавляющие крепость хрупкому материалу заклинания почти не чувствовались. «Тщеславный, ты у нас, оказывается. Внешние эффекты любишь!» – не без зависти подумалось мне.

– Кого ты привёл, Вадас? – с любопытством Аганьер рассматривал меня. – Юноша, ты сам чародей, зачем тебе моя помощь? Я давно не беру учеников, – тут же устало бросил он, проследив за закрывающейся за Вадасом дверью.

– Почтенный Аганьер, – я не собирался терять времени и тут же выложил ему только что придуманную для могильщика историю. Чародей с каждым словом становился мрачней.