Охотник и его горгулья

Нюка молчала не долго. Всего лишь до поворота. Она вырвалась, поднялась на задние лапы, растопырила крылья, зашипела, пугая ни в чём не виноватых прохожих.

– Сдурел, Ванитар? Зачем ты про Ланвиса стал трепаться?

– Угомонись.

Я устало присел на ступени ближайшего дома и равнодушно посмотрел в сторону. Нюка нехотя опустилась на четыре лапы, подошла и села рядом. Холодный ветер пах рыбой. Укутавшееся в тучи небо приобрело ровный серый оттенок. Шелестя колёсами по камням, мимо проехал новенький зелёный экипаж.

– Он прячется от красхов. Он знает, что за ним придут. И красхи вызваны только ради него. Ты хотела встретить их в «Счастливой подкове». Сегодня ночью они там будут. И не наш поход к людям князя, ни мои геройства в доме Аганьера будут тому виной. Твой Ланвис – вот главная приманка, как бы он не желал убедить нас в обратном. Потому тебе задание, крылатая. Я размножил записку о местонахождении Ардана.

– Быть может, ты и прав, – задумчиво ответила Нюка, принимая из моих рук скатанные трубочкой листы. – Только мы не нашли виновника.

– Сам отыщется. Думаешь, не придёт поглазеть вместе с красхами на расправу.

– Мне интересно, как он ими управляет? Разве они его не разорвут?

– Если только он не сам красх, – я пожал плечами. – Какая теперь разница. Пойду укреплять гостиницу. Есть у меня подозрения и по поводу главного красха.

Нюка без лишних разговоров расправила крылья и скрылась за домами. Всевеликий, во что я ввязываюсь?

К закату в гостинице собрались все прибывшие в Нитерес купцы и их помощники. Даже Ронвел не подумал высовывать нос за дверь, притих, без вопросов магичил, помогая мне ставить охранные чары.

Уже в сумерках я навернул несколько кругов вокруг гостиницы, оплетя все окрестные перекрёстки и дворы заклинаниями-маячками. Если кто-то решится сюда сунуться – я почувствую.

От усилий подвело живот, ноги сами понесли меня на кухню опустошать хозяйские запасы. Нюка только укоризненно посмотрела на сорванный с двери замок. Спасибо, хоть промолчала. Зато сине-малиновый, проходя мимо двери, не преминул съязвить:

– Хочешь, чтобы шайке Одноглазого твоя кровушка показалась более сытной, чем наша? Ну-ну, старайся. Может, только тобой и удовлетворятся.

Я не стал с ним ругаться. Ему не понять.