Охотник и его горгулья

И никакая Нюка мне не указ!

Следующим утром, ясным, но более прохладным, чем вчерашнее, мы с горгульей заявились в кабинет к Главному Охотнику Манеиса, чтобы с порога получить это самое первое задание.

Не спеша, точно смакуя каждое произносимое слово, Главный напомнил:

– Вы вчера, уходя, повстречали в коридоре странную делегацию. Так?

Я кивнул. Нюка притихла.

– Забавный молодой человек оказался, – продолжал Ньего, покачиваясь в кресле. – Он маг-проклинатель. Только диплом получил, в голове сплошные амбиции…

«Начало уже интригующее, – подумалось мне.

 – Дальше, по всем законам жанра, будет зловещая история про попытку изменить мир и великий облом». Но я ошибся. Ньего подобной чушью заниматься не станет.

– На днях магу сообщили, что у его отца был брат, чудной старикан, чародей, – продолжал Главный Охотник, вставая с кресла. – Умер он довольно давно, но пока местные стражи порядка вычислили наследника, минул ни один год. Целых двадцать. Кстати, самому парню на год больше.

Ньего развёл руками и прошелся по кабинету.

– Наконец, наследство нашло своего героя. Он приехал, провёл пару ночей в причитающемся ему доме, после чего лишился рассудка и памяти. Выбежал по утру на улицу в одних нижних штанах, добрался до храма Тардена, словно ища спасения у Всевеликого бога, забился в нишу за скульптуру плодородия и тихо поскуливал, пока его не вытащили оттуда взволнованные жрецы. Уж они-то и привели несчастного к нам.

– Но я не лекарь, – растерялся я.

– Лечением тебе заниматься не предлагаю.

Главный Охотник бесцеремонно устроился на краешке стола и посматривал то в окно, из которого виднелась запруженная экипажами широкая улица, то на меня с Нюкой. Ветер теребил тонкие шелковые шторы, позвякивал металлическими подвесками-птичками под потолком.

Птичья тема преобладала в кабинете. Сегодня я более подробно его рассмотрел. Деревянные статуэтки цапель стояли в углах прямо под растениями, с широкими длинными листьями и ярко-желтыми цветами. На стенах висели картины с журавлями…

– Меня дом беспокоит, – хмуро признался Ньего.

 – Его новый хозяин ничего не помнит, несёт какую-то чушь про двенадцать свинок и старый ботинок, а под гипнозом твердит только два слова: «гиблое место». Этим ты, Ванитар Гарес, и займёшься прямо сегодня. Кстати, если всё удастся, твоим непосредственный начальником будет Изгоняющий Тирель Гедари, – обрадовал он меня. – Сейчас он дома отлёживается. Прошлое дело стоило ему сломанной ноги и ободранного бока.