Охотник и его горгулья

И она, поставив на стол тарелки с горячей кашей и жареным мясом, гордо прошествовала дальше.

– О, как! Видели? – торжествующе заявил жрец.

– Эй, чародей, – Беранель обратил взгляд на меня, – что ты думаешь?

– Да, рыжий, что скажешь? – оживился ещё больше южанин.

Зря он. Я вовсе не рыжий. Ну и что, что волосы у меня темно-красного цвета. Это старая история. Скажу лишь, что девушкам такая «романтическая» шевелюра даже нравится. Говорят, она здорово сочетается с моей высокой худой фигурой. Ишь, дело им до волос! Обсуждали местных бандитов, обсуждайте дальше.

Прозвучавший вопрос требовал ответа, поэтому я, не слышавший начала разговора, осторожно заметил:

– Мир велик. В нём всякое бывает.

– Во-во, – поддакнул мне жрец, набивая рот пирожками с творогом. – Убрались бы отсюда, кабы не горы эти проклятущие.

– Люди любят придумывать красивые легенды. А потом сами же пугаются, – поморщился южанин, выбираясь из-за стола и направляясь к выходу. – Пойду я проветрю голову от ваших бредней.

– И совсем не бредни, – обиделся жрец, – правда, чародей?

И чего он ко мне прицепился? Я не стал продолжать беседу, а отдал должное таланту местных поваров. Чародеи – народ прожорливый, это известно всем. Кажется, какой-то умник высчитал прямую зависимость между продолжительностью творения чар и потребностью чародея в мясе. Но мне до его корреляций и извилистых графиков дела не было. Восстановиться бы после ночных подвигов.

Жрец, не найдя во мне достойного собеседника, проворчал что-то про зазнайство одарённых и выкатился вон из-за стола, на ходу читая молитву Тардену.

Внезапно звуки в зале стихли, и вместе со всеми собравшимися я повернул голову в сторону лестницы. На её перилах восседала обладательница самого обольстительного из голосов – горгулья. Крылатая особа явно насаждалась вниманием к своей персоне.

Гибкое тело необычного существа оказалось скорее кошачьим, чем собачим. Хвост, правда, подкачал. Он был тонким, длинным, покрытым короткой шерстью, более тёмной, чем в остальных местах.

От макушки начиналась короткая светлая грива, доходящая до середины спины. А вот крылья вызывали ассоциацию с летучей мышью. Да, Нюка мало походила на тварей, описанных в старых чародейских трактатах, которые изредка приносил мой учитель. Но была именно горгульей – мудрой и опасной, как настоящая хищница.

– О, вот и почтенный маг проснулся! – проворковала она, вцепившись в меня зелёным взглядом.