Внучка волшебника

– Жди гостей, Сергеич, – промурлыкал кот, перебираясь на широкий подлокотник кресла и устраиваясь там поудобней. – Люська, дочка твоего племянничка, скоро нагрянет.

– Не нагрянет, Гришенька, а приедет погостить, – спокойно поправил кота старик, разворачивая письмо, хотя он и так знал его содержание. Оставалось надеяться, что двенадцатилетняя Люся Камаева не такой спокойный и нелюбознательный ребёнок, каким был её отец в детстве.

Григорий Палыч всем своим видом выказывал недовольство происходящим: серая с серебристым отливом шерсть стояла дыбом, более светлый кончик хвоста подергивался.

– Успокойся, Гришенька. Я уверен, вы подружитесь. Не будет же она тебя мучить и за усы дергать, – всё так же ласково продолжал писатель.

– Я ей подергаю! – зашипел кот. – Папаша её в детстве попытался за хвост дернуть. Потом до отъезда стороной меня обходил!

Старик засмеялся и, погладив кота, легко встал с кресла.

– Запоздало письмецо. Через час поезд прибудет. Пойду девочку встречу, а ты приберись в лавке, двери прикрой.

Ну, милый, не мне тебя учить.

Григорий Палыч фыркнул, но послушался. Старичок же надел шляпу, взял зонтик, ибо тоже не следил за прогнозами погоды, и поспешно засеменил на вокзал.

* * *

Люся ждала на опустевшем раскаленном перроне, не решаясь отправиться на поиски дедовой квартиры самостоятельно. С досадой отмахнувшись от надоевшей бабки с пончиками и цыганят-попрошаек, она присела на чемодан.

– Посижу ещё три минуты, а потом пойду, – решила она, с любопытством разглядывая издали продавщицу мороженного и размышляя, полакомиться сейчас или сэкономить.

Денег родители дали не много. Остальные выслали деду, и кто знает, может он окажется скрягой.

Воздух от жары дрожал, искривляя очертания рельсов. Пахло мазутом. К дальней платформе подошла электричка, выпуская из своего чрева многочисленных дачников… Люся вздохнула, почти уверившись – искать дедов дом придётся долго. Только когда громкоговоритель объявил о прибытии очередного поезда, к девочке подошел невысокий старичок в клетчатом костюме, соломенной шляпе и почему-то с зонтиком-тростью.

Лицо его в тонкую сеточку морщинок казалось серьёзным, но из-под седых мохнатых бровей поблескивали весёлые карие глаза.

– Здравствуй, внучка, не задремала-то на чемодане? – ласково спросил старик, с интересом разглядывая Люсю.

Девочка немного растерялась. Она почему-то не таким представляла себе двоюродного деда.