Дотянуться до счастья

– Все в порядке, – я прижала к себе тельце, завернутое в полотенце.

– Видимо, не очень. Я заглушил мотор минут десять назад, а ты даже с места не сдвинулась.

– Прости, – я снова посмотрела на парня и в следующую секунду из глаз брызнули слезы.

– Ну что ты, маленькая, – Костя выскочил из машины и, подхватив меня на руки, отнес на веранду. – Тише-тише.

– Ты понимаешь, ему было уже шестнадцать лет, – я громко всхлипнула. – Мне подарил его папа в мои шестнадцать. Это был последний подарок отца.

И с тех пор Плюшка всегда был со мной. А теперь дома меня уже никто не будет ждать. Он был единственным, кто мог выдержать меня. Он никогда не возмущался и не гадил мимо лотка, даже если кормила его не вовремя или приходила поздно. Плюш был моей семьей.

– Я все понимаю, Лисичка. Но ты не можешь держать его у себя в завернутом полотенце, – он погладил меня по голове и поцеловал в висок. – Пойдем. Где там твой дуб растет, про который ты бубнила всю дорогу?

Глядя на свежую землю недалеко от раскидистого дуба, я размышляла о том, что больше никогда, ни при каких обстоятельствах не заведу себе плюшевого друга.

Уж слишком больно, когда они уходят.

Дома было пусто. Едва увидев на полу полное блюдечко, снова разрыдалась. Да, это всего лишь кот. Но этот кот видел меня разную, видел всех моих парней, был рядом, когда я рыдала и радовалась, мечтала и ненавидела. И теперь его нет. И некому сообщить, что умер мой друг.

Убрав все, что напоминало мне о Плюше, вышла на веранду.

Ночь встретила меня прохладой, которая, дурманя, наполнялась нежным ароматом роз. Глубоко вдохнула и на мгновение прикрыла веки. Спать не хотелось, хотя понимала, что уже достаточно поздно. Потянулась к выключателю, чтобы посмотреть сколько времени и, едва вспыхнул свет, взвизгнула так, что даже у самой заложило уши.

– Ты что здесь делаешь? – я уставилась на Костю, спокойно катающегося на подвесном кресле.

Моя перенапряженная и очень нестабильная последняя нерва готова была снова закатить истерику.

Дыхание сбилось, сердце трепыхалось испуганной птичкой, и я неосознанно приложила обе ладони к груди, будто могла таким образом его успокоить.

– Я же сказал, что подожду тебя здесь, помнишь? – он встал и обнял меня за плечи. – Зачем свет включила, сейчас все комары тут будут.

– Они и так тут будут, – проговорила, уткнувшись носом в его грудь, а потом вытянула руку и щелкнула выключателем.