Неразгаданное убийство. Современный детектив

– Я что-то тебя не очень понимаю! – недоумевала Валентина Денисовна. – Всегда историю любил, а стать хочешь писакой задрипанным!

– Почему задрипанным? Может, я романы писать буду!

– Ага! Сейчас! Держи карман шире!

И Валентина Денисовна пренебрежительно фыркнула.

– Для этого особенный талант нужен! А у тебя его нет!

Но Герман был невозмутим.

– Откуда ты знаешь? Вот стану великим писателем, тогда посмотрим!

Но Валентина Денисовна упорно придерживалась собственной точки зрения.

– Ты знаешь, сколько их сейчас развелось, писак этих? Как собак не чесанных! И все хрень одну пишут! Про бандитские разборки, про плотские страсти… Всякие там детективчики… В общем, легкое чтиво.

Настолько легкое, что когда читаешь, ни одну мысль или фразу ухватить невозможно! Поэтому и в голове после этого ничего не остается! Словно вместе с текстом, который ты пропустил через извилины, все, что было в них ценного, куда-то тоже пропало. Может, ветром куда унесло… А, скорее всего, уносить было просто нечего!. .

– Значит, ты все-таки согласна, что от хорошей литературы многое зависит?

– От хорошей, может быть! Только, где ее взять? Как сказал, не помню кто… Короче, дай припомню! А! Вот! Он сказал, что есть литература, а есть макулатура! Так, кажется! Есть беллетристика, а есть белибердистика! Ха-ха!

И Валентина Денисовна впервые за долгое время от души рассмеялась.

– Ну, мать, ты – и заноза! – искренне удивился Герман. По-твоему выходит, что я – полная бездарность!

Женщина растерянно захлопала ресницами.

– По-моему, я такого не говорила! Просто мне кажется, что писательство – это не совсем твоя стезя. И, если ты не хочешь остаться без куска хлеба с маслом, то лучше об этом и не мечтать! Хорошо оплачиваемых авторов, ты сам знаешь, у нас по пальцем пересчитать… Остальные в стол пишут!

– Так, может, я и буду одним из немногих? – не сдавался Герман.

Валентина Денисовна в досаде махнула рукой.

– Жизни ты, сынок, совсем не знаешь! А еще книжки сочинять собрался… Это тебе…

Морща лоб, она тщетно силилась найти нужные слова.

– Не пим дырявый на босую ногу надеть! – подсказал Герман.

Морщины на лбу Валентины Денисовны разгладились.

– Вот-вот! И не левой пяткой за правым ухом почесать…

– А ты – что, пробовала, да? Признайся честно?

Герман не знал, говорила родительница взаправду или только подтрунивала над ним.

– Пробовала! Только это давно было… – немного помедлив, сказала Валентина Денисовна.