Юмористические рассказы о привидениях

Вы не можете себе представить, как я рад, что наконец-то стал настоящим чьим-то призраком.

– О! – Воскликнул я, поднимаясь на ноги и простирая руки в полном отчаянии, – я бы хотел, чтобы ты была моей!

– Я твоя, – сказала Мадлен, поднимая на меня свои полные слез глаза.

Нога мумии

Автор: Теофиль Готье

Я лениво забрел в лавку одного из тех торговцев старинными диковинками – “безделушками”, как говорят на этом парижском арго, совершенно непонятном в других местах Франции.

Вы, без сомнения, часто заглядывали в витрины некоторых из этих магазинов, которых стало много с тех пор, как стало так модно покупать антикварную мебель, что самый скромный биржевой маклер чувствует себя обязанным иметь комнату, обставленную в средневековом стиле.

Здесь есть что-то, что одинаково относится и к лавке торговца старым железом, и к складу торговца, и к лаборатории химика, и к мастерской художника: во всех этих таинственных нишах, куда сквозь ставни проникает лишь слабый полумрак, самая очевидная антикварная вещь – это пыль: паутина более натуральная, чем кружева, а старая мебель грушевого дерева более современная, чем красное дерево, которое только вчера прибыло из Америки.

Этот магазин безделушек был настоящим Кафарнаумом; все эпохи и все страны, казалось, встречались там. Этрусская терракотовая лампа стояла на шкафу Буль с панелями из черного дерева, украшенными простыми нитями инкрустированной меди: герцогиня времен правления Людовика XV небрежно вытянула свои изящные ноги под массивным столом Людовика XIII с тяжелыми спиральными дубовыми ножками и резьбой в виде переплетенных цветов и гротескных фигур.

В углу блестел украшенный орнаментом нагрудник миланского доспеха из Дамаска. Полки и пол были завалены фарфоровыми купидонами и нимфами, китайскими обезьянками, вазами бледно-зеленой эмали, чашками дрезденского и старого севрского производства.

На зубчатых полках буфетов поблескивали огромные японские таблички с красными и синими узорами, обведенными золотом, рядом с эмалями Бернара Палисси с рельефными змеями, лягушками и ящерицами.

Из разгромленных шкафов падали каскады серебристо поблескивающего китайского шелка, мерцающая парча, превращенная в светящиеся бусинки косым солнечным лучом; в то время как портреты всех эпох улыбались сквозь пожелтевший лак в более или менее потускневших рамах.