Детективное агентство Дирка Джентли (сборник)

 – Думаете, к вам забрался вор? Давайте-ка лучше я поднимусь и проверю. Наверняка это просто сквозняк.

Он и сам не знал, зачем сказал это. Было совершенно ясно, что сквозняк тут ни при чем. Пусть иногда сквозняки и похожи на тяжелое дыхание, но уж топать ногами они вряд ли станут.

– Нет, – возразил старик, деликатно, но настойчиво отодвигая его в сторону. – Я должен сам.

Ричарду ничего не оставалось, как последовать за ним через узкий коридорчик в тесную кухню. Оттуда наверх вела деревянная лестница с расшатанными и потертыми ступеньками.

Профессор щелкнул выключателем и с мрачным сомнением посмотрел на тусклую одинокую лампочку, осветившую лестницу.

– Ждите здесь, – сказал он и поднялся на две ступеньки.

Затем обернулся и очень серьезно посмотрел на Ричарда.

– Мне жаль, что вам пришлось столкнуться с этой… стороной моей жизни. Однако уже ничего не поделаешь, и мне остается лишь попросить вас об одном одолжении. Я не знаю, что ждет меня наверху. Вернее, не знаю в точности.

Возможно, я по глупости сам навлек на себя эти неприятности своими… увлечениями, а может, я здесь – невинная жертва. В первом случае мне винить некого, кроме самого себя. Как врачу, который не в силах бросить курить. Или, хуже того, экологу, не сумевшему отказаться от автомобиля. В последнем же – я просто надеюсь, что вас это никак не затронет.

Просьба моя заключается в следующем. Если я вернусь сюда – а это, надеюсь, обязательно случится – и что-то в моем поведении вам вдруг покажется странным, к примеру, я буду не в себе, то прошу вас, навалитесь на меня и крепко прижмите к полу.

Вы поняли? Ваша задача – не дать мне сделать то, что я попытаюсь сделать.

– А как я пойму? – недоверчиво спросил Ричард. – Простите за столь глупый вопрос, но как я узнаю?…

– Вы все поймете, – уверил профессор. – А теперь ступайте в гостиную и ждите. И не забудьте закрыть дверь.

Ричард недоуменно покачал головой и вышел из кухни. В большой неприбранной комнате он слушал, как тяжело и неторопливо преодолевает ступени профессор, шаги напоминали монотонное тиканье старинных часов.

Наконец старик добрался до верхней площадки. Повисла тишина. Секунды шли одна за другой: пять, десять, двадцать… Затем послышались те же звуки, что так напугали профессора, – шум и тяжелое дыхание.

Ричард быстро подошел к двери, но не открыл ее. Холод в гостиной усиливал чувство нарастающей тревоги.