Доктор Кто. Пиратская планета

Стража в смятении посмотрела на нее и, в безуспешной и несколько запоздалой попытке проявить профессиональную суровость, подхватила за локти и потащила прочь. Даже когда ее куда-то тащили, Романа умудрялась грациозно скользить. Или даже плыть.

Они уже почти завернули за угол, когда им вслед ринулся какой-то небольшой серый объект. Прежде чем стражи успели его заметить, Романа сделала изящный арабеск и поспешно отпихнула объект ногой назад, в тень.

– Нет, стоп! – вскричала пленница.

Стража заулыбалась. Наконец-то враг просит пощады, как ему и положено.

Хорошо.

– Ты еще смеешь языком молоть? – прорычал Порося, сразу проникаясь к арестованной куда большей симпатией.

– Да что вы, и в мыслях не было, – любезно заверила их она. – Оставь меня и приведи Доктора.

– Чего?

Задержанная как-то сумела величественно скрестить руки на груди.

– Я желаю, чтобы меня немедленно отвели к Капитану, – объявила она. – Жду не дождусь, когда он начнет с пристрастием меня допрашивать.

Стража потащила ее дальше.

Им никак не удавалось отделаться от странного ощущения, что это их куда-то тащат.

К-9 проводил Роману взглядом из глубокой тени.

– Ответ утвердительный, хозяйка, – сказал он – правда, с некоторым сомнением.

К-9 и в голову бы не пришло никого поправлять – разумеется, нет. Но вот если бы кто-нибудь поинтересовался его мнением, он бы со всей мягкостью заявил, что попадаться в плен – не обязательно очень мудрый ход. И уж конечно, не для хозяйки Романы. Это же, в конце концов, всего лишь второе ее путешествие.

Если пират хоть чего-то да стоит, у него со временем образуется вполне приличная казна.

Капитан прогуливался по своей коллекции. Это было единственное во всей империи место, где он мог гарантировать себе приватность. Проплывая мимо него, каждый артефакт озарялся ярким светом, являя взору сокровище, при виде которого любое разумное существо невольно вздрогнуло бы. Капитан стоял, созерцая их с благосклонной улыбкой, а они танцевали дальше, прочь. Полифазный Аватрон время от времени тоже комментировал зрелище, восхищенно и глубокомысленно чирикая.

Вдали от вечно запруженного народом Мостика Капитан и его питомец вели себя как-то совсем по-другому.

Тихие трели попугая-робота плели певучий каталог, точно сообщая статус каждого предмета. Капитан задумчиво гладил его сложносплавные крылья и согласно кивал. Галерея всегда приводила его в умиротворенное, созерцательное настроение. Даже голос его здесь звучал тише.