Особые отношения

Ответом была радостная улыбка… можно было понять ее как знак согласия, а можно – как новое свидетельство ошеломляющей закрытости и неискренности жителей этого города. Однако сам факт, что она остановилась познакомиться и перебросилась со мной парой реплик (да еще и сделала комплимент), придавал мне силы в течение всего дня.

– С тобой в самом деле заговорила соседка? – удивилась Сэнди, когда я позвонила ей вечером. – Удивительно, что это не попало в экстренный выпуск новостей на Си-эн-эн.

– Да, это и впрямь серьезное событие.

И представь – сегодня даже солнце выглянуло.

– Господи, что же с нами будет? Только не говори, что тебе кто-то улыбнулся на улице.

– А вот представь, так и было. На аллее у реки. Дядька, который выгуливал собаку.

– Что за собака?

– Золотистый ретривер.

– Да, у этих хозяева обычно симпатичные.

– Согласна на сто процентов. Но ты не представляешь, как там красиво у реки. И всего три минуты до моих дверей. Я понимаю, может, прозвучит глупо, но вот гуляю я там у Темзы, а в голову приходит: похоже, я наконец обрела точку опоры.

Подобными чувствами я поделилась с Тони, когда он стоял, обводя взглядом строительный мусор, среди которого мы жили.

– Не отчаивайся, – сказала я, – разруха рано или поздно закончится.

– Я не отчаиваюсь. – Но голос его звучал безнадежно.

– У нас будет не дом, а загляденье.

– Уверен, так оно и будет.

– Ну ты что, Тони. Все наладится.

– Все прекрасно, – отвечал он безжизненным голосом.

– Хотела бы я верить, что ты и в самом деле так думаешь.

– Я и правда так думаю.

С этими словами он удалился в соседнюю комнату.

Но когда на другой день я проснулась в пять утра, обнаружилось, что все вовсе не прекрасно.

Потому что мой организм вдруг повел себя как-то странно.

И в эти первые мгновения, когда еще ничего не было понятно, кроме одного – что что-то идет не так, меня вдруг охватило чувство, которого я не испытывала годами.

Страх.

Глава четвертая

Казалось, ночью меня внезапно атаковали полчища клопов.

Я проснулась от мучительного зуда – вся кожа была словно воспалена, все тело горело, и, как я ни чесалась, легче не становилось.

– Никакой сыпи я не вижу, – сообщил Тони после того, как обнаружил меня голую в ванной, где я пыталась содрать с себя кожу.

– Я же не придумываю, – зло пробормотала я, решив, что он подозревает у меня психоз.

– Я и не говорил. Просто…

Я осмотрела себя в зеркале. Он был прав.