Особые отношения

Но раз речь о настоящей войне, думаю, придется посылать кого-то из наших.

– Может, сам поедешь?

– Только в мечтах.

– Если хочешь, езжай. Я тебя не задерживаю.

– Я никуда не поеду, поверь.

Он говорил ласково, но твердо. В первый раз он высказал вслух свое желание вырваться на волю. Или, по крайней мере, мне так показалось.

– Ну что ж, все ясно, – сказала я.

– Ты прекрасно понимаешь, что я хочу сказать.

– Нет, если честно, не очень.

– Я заведую внешнеполитическим отделом – а заведующие отделом не срываются с места, чтобы писать материал о какой-то паршивой перестрелке в Сьерра-Леоне.

Но им приходится сидеть в отделе, чтобы готовить свои полосы к печати.

– Так иди. Я тебя не задерживаю.

– Ты уже второй раз это говоришь.

Он сложил на прикроватный столик свои гостинцы – газеты и поникшие цветы. Потом еще раз торопливо поцеловал меня в лоб:

– Завтра приду.

– Я надеюсь.

– Я позвоню тебе прямо с утра, а может, даже сумею заскочить к тебе до работы.

Но утром он не позвонил. Когда я позвонила домой в половине девятого, Тони не ответил. Я набрала номер его мобильника, но абонент был недоступен и меня переключили на его голосовую почту. Я оставила короткое сообщение: «Сижу тут, все уже надоело до чертиков, и только думаю – где же ты? И почему не отвечаешь на звонки? Пожалуйста, позвони скорее, мне ведь и впрямь небезразлично, где же мой муж».

Только через два часа зазвонил телефон в палате.

Голос Тони звучал нейтрально, как Швейцария:

– Привет. Извини, что до меня нельзя было дозвониться.

– Понимаешь, я позвонила домой в полдевятого, а там никого не было.

– Какой сегодня день?

– Среда.

– А что я делаю каждую среду?

Отвечать было необязательно, потому что он знал, что мне известен ответ: по средам он завтракал с главным редактором. Завтрак в «Савое» всегда начинался в девять. А это означало, что Тони выходил из дому ровно в восемь.

Идиотка, идиотка… что ж ты нарываешься на неприятно сти?

– Прости, – сказала я.

– Ничего страшного. – Его голос звучал холодно, отстраненно. – Как ты себя чувствуешь?

– По-прежнему довольно хреново. Но хотя бы зуд удалось снять, спасибо каламиновой мази.

– Это уже облегчение, полагаю. Когда у вас часы посещения?

– Как раз сейчас.

– Сейчас я должен встретиться с парнем, который отвечает у нас за Африку. Но я могу это отменить.