Послеполуденная Изабель

Затем он спросил меня, где я вырос. Я рассказал. И вот что услышал в ответ:

– Какое унылое местечко, чтобы называть его домом.

Я кивнул на бутылку eau de vie[20 - Фруктовое бренди (франц.). Здесь – «Старая слива» (Vielle Prune).]. Vielle Prune. Он налил мне стакан и угостил сигаретой «Кэмел». Спросил, в каком колледже я учился. Пришлось удовлетворить его любопытство.

– О боже, так ты Мистер Университет штата? А теперь что? У тебя бюджетный гранд-тур по Европе, откуда вернешься, чтобы присоединиться к отцовской практике аграрного страхования?

– В сентябре я начинаю учебу в юридической школе Гарварда.

Это привлекло его внимание.

– Серьезно?

– Вполне.

– Chapeaux![21 - Снимаю шляпу! (франц.)] Коллега по Гарварду.

И тот, кто попал туда не стараниями папочки.

Но этот подтекст остался невысказанным.

Он сменил тему, больше не задавая вопросов о моей жизни.

Но позже, после двух сигарет и трех стаканов eau de vie, он поделился наблюдением:

– Я знаю, почему ты оказался сегодня вечером у моей двери.

Агония Парижа. Город жесток ко всем, кто сам по себе. Ты видишь кругом парочки – и это высвечивает твой статус потерянного маленького мальчика. И тот факт, что ты возвращаешься в пустую постель в дешевом отеле.

– Значит, нас двое.

– О, у меня кое-кто есть. Только не сегодня. А вот ты один в полете. И не можешь найти пару.

Мне хотелось возразить. Хотелось опровергнуть. Хотелось прихлопнуть его жестокость. Но я знал, что это поставит меня в положение обороняющегося.

Чего он и добивался. Я видел, как он расставляет ловушку. Вот почему я предпочел такой ответ:

– Виновен по всем пунктам.

– Вау, вау, какой честный парень.

– Может, подскажешь, что сделать, чтобы не чувствовать себя здесь таким одиноким?

– Полагаю, ты почти не говоришь по-французски?

– Мой французский очень примитивный. Далек от разговорного.

– Я мог бы пригласить тебя на вечеринку завтра. Что-то вроде презентации книги. Подруги Сабины.

– Кто такая Сабина?

– Женщина, которая должна быть здесь сегодня.

Не проси меня объяснять.

– С чего бы мне просить об этом?

– Зубастый фермерский мальчик.

– Я вырос не на ферме.

В ответ он ухмыльнулся.

– Если я приглашу тебя, то должен сразу предупредить, что за руку водить не буду. И знакомить ни с кем не собираюсь.

– Тогда зачем приглашать меня?

– Ты же сказал, что тебе одиноко. Назови это актом милосердия.

Он потянулся к блокноту и нацарапал адрес.

– Завтра в семь вечера.