Город вечной ночи

Он оперся на вытянутую руку, чтобы не упасть, и куча листьев, в которой он только что прятался, произвела тихий звук и испустила жуткую вонь, в сто раз более отвратительную, чем раньше. Джейкоб отдернул ладонь и отпрянул, услышав голос Райана:

– Смотри-ка, тут рука…

2

Лейтенант Винсент д’Агоста, начальник следственного отдела, стоял в потоке света перед гаражом на Кью-Гарденс в Куинсе и наблюдал за работой группы криминалистов. Он был зол из-за того, что его вызвали так поздно вечером перед его выходным.

Сообщение о теле поступило в 23:38, еще двадцать две минуты – и вызов достался бы лейтенанту Паркхерсту.

Д’Агоста вздохнул. Дело обещало быть поганым: нашли молодую женщину, обезглавленную. Он представил себе заголовки в таблоидах, что-нибудь вроде «Безголовое тело в нудистском баре»[2 - Статья с таким названием (англ. «Headless Body in Topless Bar») была опубликована на первой странице газеты «Пост» в апреле 1983 года.] – самый знаменитый заголовок в истории «Нью-Йорк пост».

Из яркого света, засовывая в сумку айпад, появился Джонни Карузо, глава бригады криминалистов.

– Что у тебя есть? – спросил д’Агоста.

– Эти треклятые листья… Понимаешь, пытаться искать волосы, волокна, отпечатки, да что угодно в таком месиве – все равно что искать иголку в стоге сена.

– Думаешь, преступник это предусмотрел?

– Не-а. Разве что он сам работал криминалистом и собирал улики. Это просто совпадение.

– И головы нигде нет?

– Нет. Обезглавливание тоже происходило не здесь – крови нет.

– Причина смерти?

– Единственный выстрел в сердце. Пуля крупнокалиберная, высокоскоростная, прошила ее насквозь. Может, в ране какие-то фрагменты и остались, но пули нет. Да и убили жертву не здесь. С учетом холода и всего прочего, по моей оценке, ее выкинули здесь три, может, четыре дня назад.

– Изнасилование?

– Очевидных признаков пока не видно, но тут нужно дождаться отчета судмедэксперта, ты же знаешь, всякие там…

– Хорошо, – быстро сказал д’Агоста. – Какие-нибудь документы, бумаги?

– Ничего.

Никаких документов, карманы пустые. Женщина белой расы, рост около пяти футов шести дюймов, трудно сказать точнее; возраст – лет двадцать с небольшим, тело подтянутое, в хорошей физической форме. Джинсы от «Дольче и Габбана». А эти безумные кроссовки на ней? Ты посмотри в Сети. От Лабутена. Почти тысяча баксов.

Д’Агоста присвистнул:

– Кроссовки за тысячу? Ни фига себе.

– Да уж. Богатая белая девочка. Безголовая.