Плато Дьявола

Крупный, крепкого телосложения мужчина с мягкой манерой общения и подернутой сединой бородкой-эспаньолкой был одет в безукоризненный синий костюм. Кори лишь раз видела этого агента в криминалистической лаборатории, и его неожиданное появление заставило ее занервничать.

– Агент Свенсон, – приветствовал ее Гарсия, протягивая руку. – Надеюсь, мы вам не помешали. Агент Морвуд рассказывал о вашем деле, и мной овладело любопытство – но, разумеется, я здесь просто как наблюдатель.

– Спасибо, сэр.

Кори польстили слова «ваше дело».

Похоже, Гарсия – человек довольно приятный, пусть и немного замкнутый.

– Да, – произнес Лэтроп. – Должен сказать, результаты наших трудов весьма впечатляют. Мы работали с этими двумя бедолагами денно и нощно.

С тех пор как тела привезли в лабораторию, прошло несколько дней, и все это время Кори трудилась почти круглосуточно, а Лэтроп уходил домой в шесть и являлся на службу в девять утра. Но Кори промолчала.

Морвуд посмотрел на трупы.

– Боже правый, вы только взгляните на их лица!

– С этого и начнем, – поспешила перехватить инициативу Кори.

 – Результаты гистологии указывают на то, что в контакт с кожей вступила концентрированная кислота, и химический анализ это подтвердил: HCl, то есть соляная кислота. Похоже, жертвам плескали ее в лицо или растирали по коже, и, судя по тому, что микроскопические повреждения, как я заметила, наслаиваются друг на друга, это делалось неоднократно.

– Короче говоря, их пытали? – уточнил Морвуд.

– Да, пытали. Но не с помощью кислоты.

Полагаю, ее наносили после смерти жертв, чтобы стереть черты лица и затруднить опознание. Та же кислота на пальцах убитых – скорее всего, чтобы нельзя было снять отпечатки.

– Это что-то из ряда вон выходящее. Значит, реконструкцию лица выполнить не получится?

– Местами кислота дошла до кости, но повреждения всего лишь поверхностные. Реконструкции они помешать не должны.

– Какова причина смерти?

– И у него, и у нее выстрел в упор в левый висок. Присутствуют пороховые ожоги и частицы пороха.

Мы нашли обе гильзы. Ствол пистолета сорок пятого калибра был прижат к голове и в том и в другом случае.

– Ясно, – кивнул Морвуд. – А что насчет пыток?

– На правой руке мужчины ногти вырваны на большом пальце и мизинце, а на обеих руках женщины – на указательном и среднем пальце.

Морвуд склонился над мертвыми. Натянув перчатки, он осторожно поднял одну руку и осмотрел пальцы.

– А еще видны следы сильного сдавливания.

– Да, сэр.