Кабинет доктора Ленга

– Я знал, – добавил он, – что агент Пендергаст задерживает вас, но не подозревал, что это будет тянуться так долго. Значит, вы работали вместе с ним над двумя делами от начала до конца?

– Фактически над тремя, сэр, – ответил Колдмун. – Два во Флориде и одно в Джорджии.

Дудек хлопнул по папке ладонью.

– Что ж, судя по тому, что я слышал об этом парне, вы удачно от него отделались. Так что, эти слухи правдивы?

– Слухи? – переспросил Колдмун. Он гадал, нужно ли каждый раз добавлять «сэр», и в конце концов решил, что не стоит.

– Ну, понимаете, все эти истории о том, что он разъезжает в «роллс-ройсе», живет в… Ладно, не важно. Главное, что вы теперь здесь и без ущерба для репутации. И не только без ущерба, но, похоже, с повышением.

Дудек покачал головой. Колдмун едва не сообщил новому начальнику, что улучшением своей профессиональной репутации он обязан именно Пендергасту.

Тот поднял глаза от стола и встретился взглядом с Колдмуном.

– Вы росли в резервации Пайн-Ридж, правильно?

– Да, сэр.

– До скольки лет?

– До семнадцати.

– Часто общались с приятелями из Роузбада?

Колдмун едва ли мог назвать жителей соседней резервации своими приятелями и не совсем понимал, почему Дудек решил, что это так.

– Нет.

– Хорошо. А та прошлогодняя операция с внедрением в Филадельфии… вы были аборигеном?

Поначалу Колдмун не понял, о чем речь.

– Я был внедрен как террорист.

Дудек выпустил воздух из-за щек, словно удивляясь непонятливости Колдмуна.

– Я хотел сказать, что вы изображали человека из своего племени.

– А-а, – протянул Колдмун, потом помолчал немного и ответил: – Нет, сэр.

Дудек подтолкнул папку ближе к нему. По этому жесту трудно было понять, отпускает начальник Колдмуна или нет.

– Будет ли инструктаж по делу, сэр?

– Инструктаж? Ваша задача – выяснить, почему известный художник из племени лакота совершил самоубийство. Проще простого. Полонья проинструктирует вас по дороге.

«Как на говяжий бок?» – сказал бы Колдмун Пендергасту в ответ на такое замечание. Но почему-то решил, что Дудек это не оценит. И раз уж пошла речь об оценке, он подавил приступ сомнений относительно Полоньи. Колдмун придерживался обычая индейцев лакота: не судить о человеке, пока не пообщался с ним.