Путь крови

– В чем дело? – спросил Колдмун у первого пилота, сидевшего в правом кресле с ручкой управления между коленями. – Мы должны были лететь в Майами.

– Уже нет, – ответил пилот.

– Что значит «уже нет»?

– Сразу после взлета мы получили новый приказ: лететь в Саванну.

– В Саванну? – повторил Колдмун. – Вы хотите сказать, в Джорджию? Это какая-то ошибка.

– Никакой ошибки, – ответил первый пилот. – Приказ самого Пикетта.

«Пикетт, сукин сын!»

Стоя в дверях кабины, Колдмун вспомнил последний разговор с ответственным заместителем директора перед взлетом.

«Мне только что доложили о чрезвычайно странном происшествии, случившемся прошлой ночью к северу от Саванны…»

Должно быть, Пикетт дождался, когда они взлетят, а потом передал пилотам приказ изменить курс.

Из всех вероломных, неблагодарных… Ну что ж, один раз Колдмуна уже обвели вокруг пальца, заставив взяться за второе дело вместе с Пендергастом и его нестандартными методами… И ясен пень, больше он такого не позволит.

– Разворачивай вертолет, – потребовал Колдмун.

– Простите, сэр, но я не могу этого сделать, – ответил первый пилот.

– У тебя уши засрало? Я сказал: разворачивай вертолет! Мы летим в Майами.

– При всем уважении, сэр, у нас приказ, – сказал второй пилот. – И между прочим, вас он тоже касается. Мы направляемся в Саванну.

Убрав руку с рычага, он расстегнул штормовку ровно настолько, чтобы из-под нее выглянула рукоять пистолета в нейлоновой наплечной кобуре.

– Агент Колдмун! – Голос Пендергаста прозвучал как будто издалека.

Колдмун резко развернулся и слегка покачнулся вслед за креном вертолета.

– Что?

– Очевидно, мы ничего не можем поделать с этим неожиданным развитием событий.

– Вы разве не слышали? – вспыхнул Колдмун. – Мы летим в Саванну. Задроченную Саванну вместо…

– Я слышал, – ответил Пендергаст. – Должно быть, случилось что-то крайне необычное, чтобы не сказать больше, раз уж Пикетт решил похитить нас подобным образом.

– Ага, его повысили в звании, и он стал еще большим засранцем, чем прежде.

– В сложившейся ситуации я не могу предложить ничего другого… кроме как сидеть спокойно и наслаждаться видом из окна.

Но Колдмун не желал отступать:

– Это все дерьмо собачье! Я собираюсь…

– Агент Колдмун!

Это была Констанс. Она произнесла его имя с глубоким, странным акцентом, без какого-либо нажима.

Колдмун умолк. Эта женщина была способна сказать или сделать все, что угодно.