Путь крови

Его сексуальные предпочтения вообще оставались загадкой – он с равной вероятностью мог оказаться геем, натуралом, бисексуалом или вообще асексуалом. Возможно, это только к лучшему, потому что всю свою энергию Бэттс тратил на создание провокационных и спорных документальных фильмов, которые принесли ему скандальную известность. Критики, разумеется, его ненавидели.

Барклай Бэттс обернулся к Мюллеру:

– Вы не против? Саванна – город демонов. Мне нравится. Используем эту фразу сегодня. Она может стать новым рабочим названием сериала.

– Мистер Бэттс, – сказал Мюллер с легким тевтонским акцентом, – могу я спросить, когда мы начнем изучение призраков? Мы здесь уже несколько дней, но еще не исследовали ни одного места сосредоточения спиритуальных турбуленций.

– Не беспокойтесь, Герхард, ваш выход уже скоро. На пятницу у нас запланирован «Гамильтон-Тёрнер инн». А пока мы снимаем вспомогательные материалы и фон, доводим все до ума. Продвинулись бы дальше, если бы не это чертово расследование и перекрытые улицы.

Мюллер не ответил.

– Какое-то безумие, – продолжил Бэттс, плюхнувшись в кресло. – Два трупа, лишенные крови. Вот уж действительно из пальца высосано, вы меня поняли?

Если он ждал, что Мюллер рассмеется, то напрасно. Гэннон решила, что этот человек ни разу в жизни не смеялся. Но самой ей пришлось хихикнуть.

– Спасибо, – сказал Бэттс. – То есть я хотел сказать, что кто-то при мне говорил о саваннском вампире. Ты ничего такого не слышала?

– Нет.

– Герхард, дорогой, а вы?

Мюллер покачал головой.

– Но ваша камера может заснять и вампиров?

– Перцептивная камера способна запечатлеть вампиров, оборотней и прочие феномены, имеющие отношение к спиритуальным смещениям.

Бэттс развалился в кресле, выпятив влажную нижнюю губу и приложив палец к подбородку. Как Гэннон успела заметить, это означало, что он думает.

– Венди, – обратился к ней Бэттс, – раз уж мы все равно здесь, можно заодно снять сюжет об этих убийствах.

– Конечно, – согласилась Венди.

В этом был смысл. «Саванна – город демонов» и так далее.

Бэттс обернулся и крикнул в коридор:

– Эй, Марти! Иди сюда!

Через мгновение Мартин Владимирович, многострадальный ассистент по исследованиям, появился из своей каморки дальше по коридору. Он вечно выглядел так, будто только что проснулся. Волосы его были примяты с одного бока.